Для маленьких девочек и мальчиков, которые думают, что они большие. Книга 1

К счастью под рукой оказались Латыши и китайцы, да и прочие нации оказались не плохими мясниками, для русской нации. Но это только палачи, которые могут без жалости казнить и убивать, а как быть с белой гвардией и польской и японской интервенцией, с ней же воевать надо, нужны солдаты а не палачи, а пусть воюет с ними тот же русский народ, чем больше погибнет, тем лучше, для нового мирового порядка. И гражданская война на руку, когда русские убивают русских. Мы призовём их под наши знамёна, обманом и силою, взяв их родных и близких в заложники, расставив на ключевые посты своих комиссаров, и кровью захлебнуться все.

Нет наш вождь Владимир Ильич Ленин не жалел никого, не женщин, не детей, не людей, поэтому теперь мы должны быть у власти в этой стране. Сталин сука всё перепортил. – Она ещё сильнее прижалась к Полковнику возбудившись от своих речей. Ветер рванул окружающие их деревья и крыши с новой силой разорвав облака, на мгновения освободил луну, и Барон увидел толстые щеки и черные, даже в такой момент наглые глаза, своей собеседницы:

– Какая мерзкая рожа, – подумал он, но вслух сказал другое: – Вы не боитесь, что этот народ когда-нибудь вынесет с красной площади чучело главного беса, и отправит его в кунсткамеру, потому что земля Русская его не сможет принять.

– Так что с того? Это только знамя, ставшее символом со своими идеями. Комуняки сделали своё дело, комуняки должны умереть. – И Стародворская шумно дыша, стала сильнее прижиматься к Полковнику.

– Каждый человек имеет свой придел, то что он не может переступить. – Тихо сказал Полковник, отступив назад от Стародворской.

– Вы меня очень разочаровали Полковник. Как впрочем и многие другие. – Последняя фраза, была уже мысленной.

3

Всю ночь свирепствовала буря. На заливе бушевал шторм, взболтнувший морские глубины, волны с яростью захлёстывали прибрежный пляж и обрушивали свою мощь на ещё не подмытый берег, обдавая волной и пеной растущие кусты, плавно переходящие в лесок.

Просыпающихся с рассветом, город встретил громким пением птиц в ещё влажной листве, и мокрым асфальтом с лужами, где счастливо резвились воробышки, а на прозрачно чистом, отмытом за ночь небе, неутомимо и ярко светило солнце, пытаясь согреть и утешить всё вокруг, и прибитую дождём траву, и деревья с обломанными ветками, животных напуганных природной стихией и людей, работавших и служивших этой ночью.