В лабиринте ложной правды. Осенний вальс мысли

Оно было белоснежное, ниже пояса уже были смутные очертания ночи где плохо и расплывчато просматривалось. Но туловища играла энергией силы наполненном светом – трудно описать, матово белый но не наш, не земной.

Передо Мной стояла женщина, старая и когда я перевёл свой взгляд на её лицо то заметил скрытую улыбку.

Страха у меня не было я думал, что это сон!

Но чтобы поверить что я во сне, крепко ущипнул себя за ногу. Когда я испытал боль и осознал, что это реально… Представляете здоровый парень, нырнул под одеяло – меня просто трясло и я боялся еще раз повернуться.

Так я в своих размышлениях заснул. Проснувшись утром и умывшись я заметил в зеркале у себя седину. В последствии я жалел, что испугался и не узнал, что она хотела от меня.

В своём детстве я часто выходил из тела и могу сказать что страха не было. Тот Мир был мне родной и знакомый. Я помню всё и даже когда меня мама закутала в красное ватное одеяло и несла меня в больницу где я до сих пор помню голос доктора, что лекарства нет но остался укол антибиотика, но он стоит 1 руб 80 коп.

Это было 1957 год. Я вам поясню, что я родился 1956 году. Мама не взяла укол и при этом сказала – на всё Божья воля!

Нас в семье трое я самый маленький.

Кроме меня есть старший брат и старшая сестра. В последствии я узнал, что у меня ещё был самый старший и первый в нашей счастливой семье брат. Но он умер от воспаления легких – ему было 8 месяцев и звали его Коля! Когда мне исполнилось 3 года я был на кладбище у его могилы-маленький холмик и маленький деревянный крестик.

Всё что осталось от Коли, это память его могилки.

Я ещё не ходил, но ползал тогда и что характерно я не разговаривал но все разговоры и слова о чём речь знал. Так я узнал от матери, что у отца на работе делают мне железную кроватку. Раньше всю бытовую мебель делали в ручную, этажерки, шкафы и круглые раздвижные столы. Не Знаю сколько долго я ждал железную кроватку но долгожданный день настал. Представляете для ребёнка личное пространство его кровать…

Кроватка была окрашена и не зелёный и не коричневый цвет, думаю после войны был доступен защитный цвет.

Я стал обживать свою кровать, чему первому научился я то это стал руками стараться ухватится за края кровати и встать на ноги

Радости было полные штаны.

Когда я этому трюку вставать и держась за края кровати научился то я ещё обнаружил, что можно прыгать.

В один прекрасный день я до того напрыгался, что подбородком ударился о край железной кровати.