Формула порока

Пока лев, получив утренние инъекции, спал, Владимир залез в спортивном костюме под покрывало и решил наверстать упущенное ночью. Устраиваясь удобнее, ворочаясь с бока на бок на скрипучей музыкальной кровати, Владимир действительно уснул.

Разбудил его Виктор Иванович – интеллигентный сосед по палате.

– Вставай, – посоветовал тот. – Начался обход заведующей: подправь чуток кровать, да чтоб из тумбочки меньше торчало посторонних предметов.

Заведующая вошла в сопровождении медицинской сестры и Татьяны Павловны.

– Оказывается, здесь чище, чем в первой палате, – удовлетворённо сделала вывод Зоя Степановна.

Её руки держали жёлтую шариковую ручку и маленький блокнот с жёлтыми страницами. Она останавливалась у каждой скрипучей койки, спрашивала фамилию пациента, справлялась о жалобах, о самочувствии, обращалась к Татьяне Павловне, чтобы та охарактеризовала процесс лечения вверенного ей пациента.

Виктора Ивановича заведующая твёрдо спросила:

– Участвуете ли в трудовом процессе?

– Регулярно, – последовал ответ.

– Чем занимаетесь? Что вы делаете?

– Мою палату, убираю коридор.

– Хорошо, – удовлетворилась Зоя Степановна. И, обращаясь ко всем, громче, чтобы все слышали, добавила:

– Всем обязательно участвовать в трудовом процессе, это в первую очередь нужно для вас. Все больные должны беспрекословно подчиняться медсёстрам. Носки стирать ежедневно, палату проветривать в соответствии с графиком.

– Ага, всё полностью понятно, однако хорошо бы мыло на стирку, – попросил Виктор Иванович.

– После известных событий нам всё очень сильно урезали, и лекарства, и мыло тоже, более того, стоит вопрос вообще о закрытии диспансера. Так что мыло приносите из дома, звоните родным, пусть приносят как медикаменты, так и мыло. Понятно?

– Так точно! Абсолютно понятно, – отрапортовал Виктор Иванович.

– Лучше обойтись без излишней иронии, потому что все очень плохо, и впереди отсутствует какой-либо проблеск, какой-либо свет в конце тоннеля, – разъясняла Зоя Степановна строгим голосом, полным пессимизма.

Она нахмурила свои выщипанные брови и продолжила обход. Ночной брюнет с покусанными губами дремал на покрывале в шерстяном зелёном спортивном костюме и в толстых серых вязаных носках.

Заведующая отделением подошла к нему, потрогала за плечо и отметила:

– Рустам спит, зайчик наш, ему все назначено, пусть отдыхает.