Формула порока

 – Владимир постучал кулаками в свою грудь, представляясь Кинг-Конгом, и глухие звуки ударов дополнили звяканье столовых инструментов и тарелок.

Лиза решилась похозяйничать и предложила Владимиру:

– Давайте сначала познакомимся, как водится, по-человечески, душевно, а то горячее остынет.

– Одно другому, надо думать, помогает, – ответил он.

Его томный взгляд остановился на толстой тёмной бутылке.

Владимир приподнялся, поднял тяжесть и, старательно наполнив светлой пенной жидкостью высокие хрустальные бокалы, задушевно и радостно воскликнул:

– Так будем знакомы, славянки!

Вся троица звонко соединила бокалы, шипящие игривым брютом, и одновременно созвучно произнесла:

– Будем знакомы.

Ароматное вино беспощадно щекотало ноздри, напоминало вкусом о сказочных виноградниках д`Артаньяна, покалывало язык, обдавало прохладой гортань, и сердца молодых людей наполнились спокойной радостью. Их лица озаряли открытые доброжелательные улыбки, а глаза заблестели чуть пронзительнее. Молодые люди беспечно улыбались.

– Как я понял, Оксана, вы приходитесь дочерью украинскому народу?

– У меня, знаете ли, мать немка из Львова. Папа числится белорусом, хотя на самом деле он чистокровный поляк, а сама я по паспорту русская. Отец служил офицером в разных местах, вот мне и посчастливилось родиться в Одессе – в русско-еврейском городе Радянского Союза. Но в десять лет отроду я узнала Санкт-Петербург, постоянно живу здесь и очень благодарна за этот пассаж проказнице судьбе.

– Семейство ваше, получается, полный интернационал.

Владимир между тем из принесённой им бутылки наполнил прозрачной жидкостью стопки, окованные в нижней части серебряным ободком, зачернённым вологодскими умельцами.

– Позвольте мне предложить тост за прекрасное дамское общество!

– Мы, конечно, поддержим ваше мужское достоинство, – с энтузиазмом в голосе откликнулась гостья. – Я только плесну себе нарзана.

Три стопки глухо сомкнулись, символизируя союз двух начал.

– Хороши грибочки, но мне трудно определиться, что здесь важнее – что они красивые, словно картинки букваря, или что они безумно вкусные? – Лиза ловко и с упоением орудовала вилкой и ножом.

– Да работала ль ты летом? Надо было – ноги в руки, и айда по лесу шарить! Я же тебя, стрекозу, тысячу раз почти на коленях умолял, но истину говорят, что террориста легче переубедить, чем женщину.

– Лес грязен, и в нём запросто можно испачкаться, там очень сыро и мало уюта.