Клиффхэнгер

– Ну, мы можем, конечно… – неуверенно начал Рогожкин.

– Конечно, можем позвать… – так же неуверенно подхватил Басин.

И оба замолчали, не решаясь произнести имя.

Было, было одно имя, священное заклинание, пароль, и был его носитель, тот-кого-нельзя-называть, тот, кого не поминают всуе.

Великий Гутсби.

Существовало ещё его альтер-эго – Сережа Гутин.

С Серёгой можно было дурачиться, выпивать, ездить на поиски приключений и просто болтать о жизни. Он знал десять тысяч смешных историй и охотно давал деньги в долг.

С Великим Гутсби лучше было не связываться.

Вообще-то, он имел – да и до сих пор имеет – все шансы стать великим режиссером. Весьма чудаковат и весьма работоспособен.

И, конечно, когда Лева увидел первую короткометражку Гутина, возникло жгучее желание сделать что-нибудь совместное. Разумеется, гениальное.

Когда же Лева в первый раз застал Сережу за работой, энтузиазма у него поубавилось.

Басин вошел в павильон как раз в тот момент, когда Великий Гутсби разозлился на кусок декорации, изображавший кирпичную стену.

– Ну что это за хрень бездарная! – отчаянно завопил Сережа и, в два прыжка подскочив к декорации, пнул ее и повалил на пол.

Судя по тому, что никто на это не отреагировал, происходило это не впервые.

– Это уже четвертая, – подтвердила Левину догадку ассистентка Машуля. – Не в настроении сегодня.

Лева кивнул. Ему стало все понятно.

Он мгновенно сопоставил все известные ему факты и сделал подходящие выводы. Из этих выводов следовало вот что: дружить с Сережей – хорошо.

Потом это подтверждали многие их общие знакомые. Да, Серега – остроумный, отзывчивый, легкий на подъем – это один человек. Великий Гутсби на площадке – совсем другой. Настоящий тиран и деспот. Требовательный, жесткий, вспыльчивый. И талантливый. Поэтому у него всегда все получается хорошо.

Так что это был вопрос выбора, как и, пожалуй, любой в жизни вопрос. Вариант раз – делать кино с Гутсби и сделать что-то стоящее.

Лева как-то раз рискнул одной ногой шагнуть на жуткую неизведанную территорию работы с Сережей. Принес кусочек сценария для одной серии какого-то не очень внятного сериала, попросил дать мнение профессионала – ну, так, если вдруг, если не затруднит…

Сережу не затруднило. Он услышал слова «мнение профессионала», режим «друг» был выключен мгновенно, включился режим «режиссер».