Пушкин навсегда

Мутахар однажды ждал целый день и, не дождавшись, сказал, что галки – обманщики…

– Баба Хадиса, он только спит, наверное. Маленькие ведь крепко спят. Бабушка, а он и ночами не мог спать…

Молчание бабушки неспроста. От этого Мидхату стало как-то не по себе. Неужто Мутахар больше никогда не вскрикнет: «Галки летают! Может, дождик польёт!»

– Нет!

Мидхат дрожал всем телом. Отдёрнув руку, побежал домой.

Во дворе сидели несколько стариков. Мидхат, словно опасаясь, как бы они его не задержали, поторопился войти в дом.

Увидев дома множество старушек, остановился у порога. Что они тут делают? Все молчали.

Мидхат осторожно пробрался туда, где лежал его братик. А тот, закрыв глаза, лежит тихо-тихо. Тихо-тихо. Не стонет, не морщится.

Вот только бы если он открыл глаза…

– Мутахар, дорогой братишка ты мой, слышишь меня?

Брат не отвечал. Мидхат долго не мог отвести от него глаза, полные слёз. Не хотел он верить жестокой правде. Так и ждал, что Мутахар проснётся…

– Мутахар, ты ведь только спишь, да ведь?

Но ответа не последовало.

Мидхат повернулся к старушкам. Его умоляющий взгляд устремлялся от одной из них к другой. Кто-то тихонько дотронулся до его плеча.

Это мама. Из глаз мальчонки брызнули слёзы.

– Мама, мамочка, почему так случилось? Нет, он всё равно не умер!..

Вот старики выносят на лубянке[3 - Лубянка – носилки из древесной коры, на которых мусульмане несут умерших (по обычаю, без гроба) до кладбища.] маленького Мутахара. Мидхат бежит за ними.

– Не уносите, не уносите его, дедушки! – Увидев, что его никто не слушает, громко зарыдал: – Стой, дедушка, постой!

Мальчишку схватили, а он, отбиваясь, вырывается и бежит.

– Мутахар! Брат мой!

Опять бежит за стариками.

– Постойте! Давайте посмотрим, он ведь не умер! Ну что же вы не останавливаетесь?!

Никак не хотел Мидхат мириться с тем, что разлука эта – навечно.

Вот он споткнулся, упал. Встал и, прихрамывая, поплёлся в сторону кладбища.

3

– Сыно-о-ок! Война кончилась!

Поначалу до Мидхата плохо доходит смысл услышанного, а когда понял, радостно вскрикнув, кинулся в объятья матери.

– Закончилась? Как? И больше не будет войны, мама?!

Магикамал-апа, давясь слезами, прижимает к груди сына.

– Не будет!.. Победили! Какое счастье, дитя моё!..

У опьяневшей от радости матери захватывает дыхание, и она, обессилев, садится на корточки.

– Ой, что-то совсем ослабла я, Мидхат. Иди к Хадисе-инэй, передай ей радостную весть! Ещё не все знают.