Пушкин навсегда

Вот он посмотрел на сына, а в глазах у самого непреодолимая грусть и бесконечная любовь, и прижал к себе сына ещё крепче:

– Нет, вы должны жить! – Глаза мужчины наполнились слезами…

Мидхат вновь прильнул к нему.

– Отец, теперь ты всегда будешь с нами?

– Да, сынок, я вернулся насовсем. А что это у нас мама задерживается?

– Я сейчас сбегаю к ней на работу, они вот-вот уже должны закончить.

В этот момент дверь открылась, и показалась Магикамал-апай.

– Галлям!

Она с плачем бросилась к родному человеку.

– О боже! Глазам своим не верю!

Магикамал-апай долго не могла успокоиться, всё причитала:

– Как мне сообщили… Не помню, как прибежала, о боженьки! Ох, Галлям! Галлям! Жив-здоров!..

Мужчина, бережно прижав жену к груди, стал успокаивать:

– Ну будет, Магикамал… Вот, жив-здоров. Не плакать, а радоваться надо. Успокойся, ладно?..

Взяв её за плечи, посмотрел в глаза:

– Как сами-то жили, Магикамал?

– Выжили… Сам видишь.

– Мы победили, Магикамал! Победили, сынок! – Мужчина крепко обнял самых дорогих ему на свете людей.

Жена поняла, что он говорит об их младшеньком – Мутахаре, тяжело вздохнула, прошептала:

– С ума сойти… Если б можно было – отдала б ему душу свою! Не сберегла!.. Днём и ночью сердце ноет… Как мне быть?..

– Я шёл домой, торопился. Всё представлял, как держу старшего за руку, усадив младшего к себе на плечи… Всё рухнуло… Что ж ты не писала мне об этом?.

– Галлям, успокойся… Тебе там, в пекле, и так было тяжело. К тому же война приближалась к концу. Думала, не сможешь вернуться. Ради нашего старшего молилась я, чтобы вернулся. Если б узнал о таком горе. нет, нет.

Мужчины умеют владеть собой. Тем более такие, как Галлям, – ведь они прошли сквозь огонь и воду. Теперь он начал успокаивать жену.

Молва о том, что с фронта вернулся ещё один солдат, дошла до окраины села очень скоро. В доме стали собираться односельчане.

С их приходом дома стало веселей. И Магикамал-апай, придя в себя, стала, как обычно, хлопотать возле печи. Ещё глаза не совсем высохли от слёз, а она, улыбаясь, пригласила всех за стол. И стар и млад продолжали заходить в дом.

Мидхат вместе с отцом встречал гостей. И когда сели пить чай, женщина сказала:

– Ой, сынок, отец устал, наверное, а ты уже большой.

Нет, мальчишка не отошёл от отца, – наоборот, даже забрался к нему на колени.