Простой

Врач сжалился, и назначил дату рождения – 1 ноября. На неделю раньше предполагаемого срока.

Перед операцией, медсестра повезла маму на какую-то процедуру. Она была голой, и медсестра катила ее в таком виде по больничному коридору. Пришли студенты-практиканты – посмотреть, как проводится процедура. Маме было стыдно и страшно, а еще она была обижена на папу, на медсестру и на пялящихся на нее студентов.

Я родился хилым ребенком. У меня были проблемы с сердцем и гипоксия.

Когда мне был год и десять месяцев, я попал в садик.

У мамы не было выбора: папа ушел к другой, а она получала психологическое образование. Оставаться дома со мной было некому, поэтому в год и десять мне пришлось преждевременно учиться взаимодействовать с другими людьми и со страшным миром. Преждевременно пришлось приучиться к горшку, чтоб избежать чувство стыда перед другими детьми. Я был младшим в группе. Когда мама уходила, я глотал слезы, а потом стоял у окна, и махал маме рукой. Говорил "пока-пока". Глаза были полны слез. Впереди – целый день без мамы и без сестры. А дома почему-то больше не ночевал папа.

Когда мне было месяца три, приезжала массажистка и выкручивала мои конечности. А я строил ей глазки и старался держаться ровно – подмигивал молодой массажистке.

– Когда вырастет – станет бабником, – пошутила она.

18.

Меня пригласили на литературный семинар молодых писателей в группу прозаиков. Меня бы не позвали туда, если бы Игорь Савельев не обратил внимания на мою прозу годом ранее.

Мне только исполнилось 18, и мы сильно разругались с Алиной.

Как в последний раз. Глупо было упустить возможность отвлечься и узнать, что такое литературный семинар.

Приехал на семинар. Я отходил от трех дней пьянства. В аудитории информатики каждый сидел за своим столом. Все сидели с распечатанными рассказами друг друга на листочках А4, кто-то запарился и выписал фрагменты из рассказов друг друга в тетрадку. А я не прочел ни единого рассказика.

Все знакомились друг с другом, а мне было неловко.

Сидел как не в своей тарелке. Сильно крутило живот, поэтому я ерзал и дергался. Время от времени бегал в сортир.

Каждый по очереди начинал высказывать мнение по поводу рассказов друг друга. Поскольку я ничего не читал, то я собирал ключевые фразы и цитаты из отзывов других ребят. Они запарились и отнеслись к этому более серьезно. Но лично мне больше хотелось какого-то куража: литература не должна быть такой унылой! Ждал закрытие литературного фестиваля.