Родная

Для мамы было важно, чтобы Оля была умницей и отличницей, активисткой и примером для других – этакий породистый щенок с медалями, которыми можно гордиться перед коллегами, родственниками и соседями.

– Я посвятила тебе всю свою жизнь после смерти отца! Такая твоя благодарность? Ты почему не учишь уроки? Хочешь дворником пойти работать? Мести дворы много ума не надо! Или сразу на панель?

Оля не понимала тогда, что такое панель, но из уст матери это звучало угрожающе. Лариса Петровна сорвалась на неё с яростью, выплеснув обиды и страхи.

Продолжая кричать:

– Тебе что, ходить в школу не в чем? Мы форму кому покупали? Или тебе все равно, не тобой же заработаны деньги? Чего молчишь? Глаза вылупила? Отвечай мне!

Оле нечего было ответить, она уже тогда понимала настроение мамы и всегда подстраивалась, знала, когда промолчать. Та проорется и успокоится, снова станет адекватной. Но почему-то сегодня этот прием не сработал. Не дождавшись внятного ответа от дочери, Лариса Петровна с силой отвесила подзатыльник и ушла в комнату девочки.

Взяла с полки ножницы и порезала в клочья, недавно купленные джинсы, которые так шли Оле. Слезы градом полились у 10-тилетней девочки, она пыталась вырвать вещь, причитала: «Мамочка, пожалуйста, не надо! Мамочка, прекрати! Я больше так не буду! Мамочка, ну, не надо, прошу!» Но женщина не слышала этих криков, словно находилась в неком яростном трансе и явно наслаждалась процессом. Разрезав последние клочки, мать кинула ножницы в сторону, допинала остатки джинсов на кухню и приказала дочери всё это убрать к приходу Андрея.

Оля тогда потеряла не только джинсы, но и уважение к своей матери. Рыдая, собирая остатки своей любимой одежды с пола и выкидывая в мусорку, в девочке зарождалась ненависть. Маленьким комочком ярость осела где-то в груди. Прорыдав всю ночь, не выйдя даже на ужин, внутри Оли что-то сломалось.

На следующее утро она пришла в школу в форме, сделала все задания, отвечала на вопросы, зарабатывала пятерки. Теперь мама будет довольна. Мама должна её простить, должна купить новые джинсы.

Она на них заработает своим прилежанием и оценками. Но мама не планировала ничего покупать, отчиму сказали, что вещи случайно порвали и выбросили. Через пару недель дядя Андрей купил новые джинсы, ещё лучше, чем старые. И обида как-то сама собой ушла. Так казалось. А она просто спряталась глубже. До поры, до времени.

Глава 4.

Тело пробирало мурашками, накатывал страх, ладони вспотели, сердце затрепыхалось.