Книга Герцогини

И не тайна, что легче всего соблазняются женщины,

ибо они – сосуд скудельный.

И слишком многие из них подобны углю, – сгорают в пламени греха,

и даже вдохновленный Господом костер

не очищает души их.

И слишком мало женщин – ничтожное число –

сияющих и твердых в добродетели и вере!

Об этом изложили ясно Генрих Крамер и Якоб Шпренгер

в удивительном трактате «Молот ведьм».

И никому бы не взбрело на ум воспевать чистоту Марии Стюарт,

ибо никогда она не была чиста.

Но стихоплеты охотно воспевали ее телесную красоту.

Совершенство тела может соотноситься с совершенством души,

но может явить всю лживость дьявольского соблазна…

Я вовсе не намеревалась показать свою начитанность,

а так, вдруг вспомнилось:

– Ведь это как в фацетии Поджо Браччолини –

Некий Чинчо Романо овладел красивой женщиной,

и вдруг она исчезла, оставив после себя запах серы.

А кто ж не знает, как воняет сера!..

Впрочем, женщиной он овладел насильно…

Однако собеседник мой не обратил внимания на это насилие.

Зато мы оба вспомнили снова Франсуа Вилона,

которого суккуб, принявший облик

продажной женщины по прозвищу Марго-Толстуха,

насиловал, к постели грязной пригвоздив,

греховно на несчастного верхом усевшись,

и свой живот с плодом греха оберегая.

Напрасно бедный парень бил ее в живот,

он сил таких не имел, чтобы покончить с плодом греха суккуба.

Марго воняла, как навозный жук.

И дьявольской её целью было вовсе не убийство бедолаги,

а навсегда покрыть его позором, очернить грехом…

Как удалось ему очиститься, об этом он в своих стихах рассказал…

– Но я хочу вам рассказать о чуде происшедшем, –

воскликнул в нетерпении мой собеседник, –

о чуде, происшедшем с одним придворным королевы,

коего ведьма Мария Стюарт желала сделать французским шпионом,

соблазняя своей красотой.

И вдруг он увидел, что ее волосы черны и подобны проволоке,

и аромат розового масла, исходивший от ее платья,

тотчас сменился удушающей вонью…

И этот человек в ужасе бежал…

И я так и описал чернодушную женщину-суккуба:

соблазн она даже для самых верных христиан.

Душа ее черна и далеко не каждый

сумеет истинный образ ее постичь и бежать от нее!

И вот я о чем в своих сонетах говорю:

о черной женщине, о светлой королеве,

девственной матери народа страны любимой!..

К своему удивлению, я не чувствовала ни обиды,

ни возмущения,

когда он бранил женщин.