Последний черновик

«Не перебивай, я же просила! Ты понимаешь, какие перспективы перед тобой откроют бабки? Ты сможешь с такими деньгами делать всё что захочешь, по сути тебе предлагают больше, чем ты можешь дать, Ричи, подумай, кто ты в самом деле – обычненький писака из тысяч обычненьких писак, да, ты будешь оставаться в тени, но лучше с деньгами в тени, чем без них. У тебя есть отличные стихи, тебе эти деньги помогут создать волну, новую волну твоей жизни, подумай, кто тебя знает, узкий круг людишек на твоих не особо броских вечерах, твои книги и так лежат внизу на полках, их не найти даже с лупой, а так ты отдаёшь книги, оставляешь себе стихи и растёшь дальше и всего лишь пишешь по две-три книги в год, нужно посмотреть в контракте.

Почему ты осознанно отказываешься от денег, от шанса?» Тут я больше не мог слушать этот бред и перебил резко и молниеносно: «Потому что меня всё устраивает в моей жизни, и если малолетний сопляк хочет стать писателем, то пусть покупает книги у издательства, хотя, я так понимаю, ему уже ничто не поможет, разговор окончен», – я резко встал, кинул пару тысяч на стол и быстрым шагом пошёл к выходу. «Ты ещё пожалеешь о сделанном, тебя сотрут в порошок, как ты не понимаешь». – «Меркантильная сучка, впаривай свой бред кому-то другому». Та ночь была длинной, я не мог просто взять и поехать домой, знал, что не засну, не засну один, благо, что, когда наступает темнота, она предоставляет всё, что хочет твой организм. COFE LOUNGE было неподалёку, я очутился сразу в компании моего личного бармена. Я его так называю с тех пор, как он своими разговорами спас меня от уничтожающей депрессии, которая почему-то снежным комом может обрушиться с утра в воскресенье, творчество, бывает, хочет тебя сожрать, мысли, что ты исписался, или того хуже, написал что-то такое, что заставило задуматься тебя самого, о чём-то, что опять же заставляет переосмыслять всё вокруг и себя. Его зовут Конор. Мы уже знакомы больше пяти лет, я знаю всё о нём, он знает всё обо мне, бывает, спрашивает, как та молоденькая блондиночка, в компании которой я был в тот раз, или как та сумасшедшая стерва, которая ворвалась, опрокинув пару столов, и начала бросать в меня бутылки и стаканы с воплями, чтоб я сдох, что я испортил ей всю жизнь, хотя всё, что я мог ей испортить, – это только одна ночь. Я всегда удивлялся его выдержке, он бармен и семьянин, у него прекрасная дочь и жена, после работы он всегда бежит домой и не поддаётся искушениям профессии.