В России жить нескучно

А нынче глянь: звё-ёзды! А настоящую соль земли загнали под плинтус.

– Кто это соль земли? – ревниво оторвалась от телефона дочка, она начинала после культпросветучилища именно массовиком-затейником.

– Кто? Работяги, механизаторы! Слесари-токари-фрезеровщики, – развернул плечи и хлопнул по иссохшей груди Василий Лукич. – Инженеры. Учителя-врачи. Библиотекари, культурные работники, – и приобнял дочку.

***

С конца февраля Василию Лукичу казалось, что у него на глазах разворачивается сюр (он и не такие слова знал).

В это время, в эту самую минуту гибли люди. Женщины бежали с узлами, в подвалах плакали дети. А в новостях на первой полосе: «Худеем в преддверии лета». «Поклонник в шоке: звезда сделала неудачную пластику». «Область выделила миллион на День пельменя»… Хотелось потрясти головой и ущипнуть себя.

Но худший, мощнейший удар пришёлся по фанатке Таисье Игнатьевне. Подкосил, она даже занемогла в первое время. Это когда её любимцы из телешоу резвой рысью рванули за кордон. Вот те на, а как же:

Не знаю счастья большего,

Чем жить одной судьбой,

Грустить с тобой, земля моя,

И праздновать с тобой?

– Ой, мам, ну ты и проста-ая! – снова протянула дочка.

 – У них где заднице тепло – там и родина. Я тебе не рассказывала, был в позапрошлом году инцидент? Твоя кумирша Светочка отработала программу, крикнула: «Вы лучшие! Город Н-ск, я люблю тебя!» – ну, само собой, восторженный рёв. И тут же на всю площадь: «Господи, как меня задрало это быдло». Думала, микрофон отключён. Ну, проныра ведущий выкрутился: «Это не то что вы подумали, друзья, это другое. Как здорово было, бы-ло – а не быдло!».

***

Жена, зарёванная, гремела на кухне посудой. Василий Лукич утешал:

– Хватит рюмить по своим бесценным предметам обожания.

За обедом снова разговор зашёл о сбежавших.

– Они, наверно, себя воображают Дашами и Катями из «Хождения по мукам», – предположила дочь. – Эдакий, знаете, голубоватый страдальческий ореол, флёр диссидентства… Но вот, убей, посмотришь на них, сытых, пошлых – близко на Дашу и Катю не тянут.

В своей стране порядок наводите, боритесь, а не виллы бегите. Ещё оттуда тявкают, учат жизни. А здесь слабо?!

– Скажи им про совесть, про боль, про Родину – в лицо ухмыльнутся, – крикнул Василий Лукич и пристукнул жилистой рукой по клеёнке: – И правда, Родина у них – где заднице тепло.

– Ага, – сказала дочка. – Учитель у них больно хороший попался.

– Какой учитель? – не понял Василий Лукич.