Кодекс имиджмейкера

Трусы шахида? Сканер, через который молодого человека заставили пройти несколько раз, оружия и взрывчатки не выявил. Подозрение служивых усилило отсутствие багажа. Из вещей высокий блондин предъявил только паспорт на имя Михаил Иосифович Профатилов, кредитку и зубную щётку. Молодой человек голубоглазо улыбнулся проверяющим, похлопал по джинсовому бугру и на ломаном турецком произнёс:

– Не мутлу русия дийене!

Граница захлопнулась. Профатилова поволокли на личный досмотр.

«О-го-го!» – восхитилась выдающемуся достоинству неизвестного туриста Маня. Женским взглядом она вмиг увидела то, что мужики-пограничники не углядели сканером – чудо природы. Чудо, о котором есть упоминания в устных памятниках культуры: былинах, сказах, песнях, легендах, анекдотах. Свидетельствах естествоиспытательниц и рассказах древних очевидцев. Чудо, о котором слышала почти каждая женщина от бабушки, а та – от пробабушки, а та – от своей, но не видела никогда.

Как не видели никогда наши современники фолклендскую лисицу, тасманского сумчатого волка, диковинную африканскую кваггу. Они вымерли.

Маня, как женщина закидная, – «какого чёрта, живём один раз!» – решительно направилась в кассы. Ей повезло – она купила билет на рейс с Профатиловым.

С момента посадки и до взлёта Маня краем глаза следила за Михаилом, и, стоило тому направиться в туалет, она метнулась следом. Буквально втолкнула его в тесную кабинку.

Скользнула одной рукой в джинсы, другой расстегнула неподдающийся ремень и выпустила на свободу гигантера.

Она отдалась ему с радостной болью. Безудержно и обморочно. Под океаном неба. Над бездной моря. Кричали через дверь стюардессы. Рвали дверную ручку. Кричала Маня, скользя руками по запотевшему зеркалу туалета. Рычал Михаил, вздымая Маню в космос. Пилот выравнивал лайнер по тангажу.

Из аэропорта она поволокла его на дачу.

Профатилов оказался совершенно свободен. Его никто не ждал. И делать ему, казалось, абсолютно нечего. Отпуск продолжался.

Вечерами холодало, и они жарко топили камин ароматными смолистыми поленьями, коих Михаил наколол немеренно. Душистое тепло от камина катило волнами по комнате, лизало пятки, выставленные ему навстречу из под одеяла. С ночью в комнату входили незванные тени. Откинувшись на подушки, любовники следили за ними.