Кодекс имиджмейкера

Прячась от пламени камина, тени сиротливо жались по углам, бестолково бродили по потолку, натыкались друг на друга, замирали на мгновение, и тут же бешено начинали скакать от стены к стене.

Маню накрыло откровение: «Тени, как люди, такие же суетливые и мимолётные».

Миша восхищал Маню. Весёлый, сильный, красивый. Неутомимый в сексе. Возможно, она идеализировала его. Или влюбилась с дуру в совершенно не знакомого парня? Он засыпал быстро и тихо. Спал на спине, раскинув руки – так могут спать только беззаботные дети и доверчивые мужчины.

Она слушала его лёгкое дыхание. Любовалась мощным гигантером. Лёгким касанием целовала волосы, губы, плечи, живот. Она боялась потерять Профатилова.

В свои годы она уже успела побывать несколько раз замужем. И хотя пользовалась успехом у мужчин, жизнь как то не складывалась. На тонкую юношескую фигурку Мани, с маленькой крепкой грудью и попкой с два кулачка, западали латентные гомосексуалисты и педофилы. Вот и последний муж ушел к другому.

– Стас. Стасик, – представлялся муж, знакомясь. Но все звали его Тасик.

Тасик пламенно любил балет. Он самозабвенно танцевал в народной студии балета имени Жана Жоржа Новера. Каждый день после работы, легко по-балетному касаясь земли, летел в студию на репетицию. Маня забеспокоилась. Первое время подозревала измену. Уж не пытается ли муженёк помочь народным балеринам освоить батман тандю? Даже выезжала пару раз на слежку за благоверным. Но нет, балерины его не интересовали.

Как-то, застав Тасика дома в балетной пачке и пуантах, выделавшего перед зеркалом пируэты, сильно огорчилась: муж свихнулся. И напрасно потом он бегал за ней по квартире, стуча накрахмаленными носками балетных туфель по паркету, и пытался объяснить, что у него другое видение «Лебединого озера». Старинную немецкую легенду перевели не так. Одетта – не она, а он. Зигфрид борется с Ротбартом за счастье быть с любимым – с Одеттом. А более четверти пар лебедей гомосексуальны и хранят верность любимому даже после смерти, подтверждением чему могут служить научно зарегистрированные факты гомосексуальной некрофилии.

Маня совсем затосковала: «Уж лучше бы Стас волочился за балеринами».

Расстались они в одночасье. Тасик заехал за женой в салон красоты, и… уехал оттуда с каким-то пожившим кренделем с наманекюренными ногтями.

– Извини, это – любовь, – объяснил Мане.

– Шлюха! – влепила она наотмашь звонкую пощечину изменнику.