Тонкий холод. Книга баллад

Каждое слово, как град на цветы,

падало в сердце нам, руша мечты.

Так мы и взрослыми стали людьми,

быть перестав в те минуты детьми.

«Что ж вы решили? скорее, друзья, —

ждет пополнения гномов семья!»

Шпага блеснула из ножн и ремня:

ею вот-вот он коснется меня.

В этот момент и сказала сестра

(помню, как будто все было вчера):

«Брата оставь, о, великий король!

участь его разделить мне позволь.

Вам никогда он не будет родной,

я же могу тебе стать и женой.

Для вашей жизни он слишком непрост,

мне же не страшен ваш маленький рост.

Да и к тому же я часто больна:

жизнь моя детской печалью полна.

Силы волшебные скрыты в тебе:

может, моей ты поможешь судьбе».

Ей улыбнулся красивый король:

«Пусть будет так – ни болезни, ни боль

ты не узнаешь отныне, мой друг.

Рад я принять тебя в пестрый наш круг:

славный народец, хоть дерзок и груб,

вот только мне он до странности люб.

Также и ты к ним любовь сохрани:

детского счастья не знали они.

Мне же ты с первого взгляда мила, —

рад, что судьба наконец нас свела».

Это последние были слова.

Слабо в окне шевелилась листва.

Страшной бывает подчас тишина,

если к большим переменам она.

Руку со шпагой король протянул.

В этот момент я вдруг крепко заснул.

Утром проснулся я в спальне один.

Им остаюсь до глубоких седин:

жаль, что сестра моя даже во сне

с тех давних пор не наведалась мне.

Впрочем еще одна версия есть:

жизни простой она делает честь,

(выдумка тем в основном хороша,

что развлекается ею душа), —

будто бы то скарлатина была

что в первый месяц сестру увела.

Так и ушла не простившись она,

стынет под небом могилка одна.

Ну, а спустя всего несколько лет

я в той семье появился на свет.

Детство во время болезни

1. Сцена ночной полночи посреди детской комнаты

В лунном свете занавеска

разыгралась на стене —

с явью связь особо веска

в задыхающемся сне.

Смутный страх вокруг витает

напряженней льнет листва,

и насколько глаз хватает —

сцена полночи мертва.

Но скорей мелькают тени,

чуть раздвинулась стена,

там – волшебные ступени

в тайники больного сна.

2. Игрушки и книги

К полночи дети все спят, —

лишь в живом беспорядке игрушки,

точно устав от игры,

на пол беспечно легли.