Обреченные пылать

Жасмин, идущая рядом быстрым шагом, тут же схватила меня за свободную левую руку, чем отвлекла меня от указательного и среднего пальца Мии, которые она, по вредной привычке, вновь засунула себе в рот.

– Мия, не засовывай пальцы в рот, – попросила я и как бы мимолетом добавила. – Где ваша мама?

– Она в гараже спит, – не сбавляя шага, ответила Жасмин, увлекающая меня вперёд за собой.

Уже спустя полминуты я с племянницами сидела на старой, почерневшей от проливных дождей лавочке, прислоненной к той самой стене дома, которая пятнадцать лет назад пострадала от энтузиазма Энтони.

– Ну, малышки, как у вас дела? – улыбнулась я, усадив спокойную Мию к себе на руки и заглянув в глаза рядом сидящей Жасмин.

– У нас как всегда всё хорошо, а у тебя как? – заулыбалась Жасмин, явно радуясь моему обществу. Желая честно ответить на вопрос племянницы, я вспомнила не лучшее знакомство с Ирмой Риордан, после чего нахмурилась и ушла в себя буквально на несколько секунд, как вдруг Мия выдернула меня из тяжелых мыслей о том, что в недалеком будущем мне определенно придется искать себе новую работу.

– Потему Элизабет и Шилли лугаютя? Они так мешают спать маме, – тяжело выдохнула девочка.

Даже портовые пушки не помешали бы их матери спать, но я не хотела разговаривать со своими племянницами на языке сарказма, поэтому решила не оглашать все свои мысли вслух.

– Почему Ширли и Элизабет ругаются? – задумчиво переспросила я.

– Из одного теста? – округлила глаза Мия.

– Да, это как я с тобой, – убедительно кивнула головой Жасмин.

– Мы с тобой никогда не лугаемся, – нахмурилась Мия.

– Я имела ввиду, что ты моя сестра, значит мы слеплены из одного теста, – с нотками безнадежности вздохнула Жасмин. И вновь я мысленно заметила, что и здесь Жас права лишь фифти-фифти*, так как хотя у них и была общая мать, отцы-то у них были разные, и вновь мне пришлось сдержать свой сарказм (*50 на 50).

Как объяснить детям отношения взрослых? Ведь объяснить подобное бывает даже сложнее, чем понять.

Ширли, жена дяди Генри, буквально выжила своего мужа из дома, который он купил в молодости сразу после их свадьбы. Генри перебрался жить в дом к своему брату, который, по совместительству, являлся его соседом и моим отцом, а Ширли, уже спустя два месяца, заселила на его место своего любовника.