И небеса однажды кончаются

Он с оглушительным стуком упал на пол классной комнаты, несколько фотографий рассыпались по полу, представляя собой довольно жалкое зрелище.

Настоятельница школы Св. Франциска наклонилась над ними, подняла три фотографии и долго, не отрываясь, рассматривала их. На первой из них фотоаппарат мсье Лефонтена запечатлел Бертрана и Сесилию, на второй маму на фоне оранжереи, на третьей была я.

– Что это, Лилиан де Бовье?

Должно быть, я покраснела, потому что лицо моё буквально горело. Я не знала, что ответить на вопрос матушки Антуанетты, и поэтому стояла, опустив голову и не смея поднять глаза на матушку-настоятельницу.

– Потрудитесь ответить, сестра, когда Вас спрашивают!

– Я….мне стыдно. Простите меня, этого больше никогда не повторится, – пробормотала я.

– В последнее время Вы ведёте себя слишком рассеянно. Я, конечно, сожалею, что вашу семью постигло горе, Вы потеряли отца – истинного патриота преданно служащего Франции. Но это должно было Вас подхлестнуть проявлять ещё большее рвение к учёбе.

Итак, Лилиан де Бовье, Вас совсем не интересует жизнь Св. Николая?

– Это не так, мадам.

– Пока Вы не убедили меня в обратном. Поднимите фотографии и следуйте за сестрой Клеменцией. Она проводит Вас на кухню к сестре Рут. Вы будете помогать ей по хозяйству и каждый день перед завтраком Вы станете читать по одной главе из Библии перед остальными воспитанницами. Вы поняли меня, Лилиан?

Водянистые глаза матушки Антуанетты снова устремились на меня, и я поняла, что последнее слово останется за ней.

– Вы поняли меня, Лилиан? – повторила настоятельница.

– Да, мадам.

Она взяла со стола колокольчик и позвонила в него. Сорокалетняя толстушка Клеменция – монахиня, присматривающая за хозяйственными постройками и продовольствием, плавно вошла в класс. Девочки встали, потому что так было принято выражать почтение.

Сестра Клеменция представляла собой высокое полное создание в очках и белом накрахмаленном чепце на голове, скрывающем её густые чёрные с отливом волосы.

Двигалась она медленно, размеренно. Тёмные зелёные глаза всегда выражали спокойствие, но при более длительном рассматривании, казалось, что она вот-вот расплачется. Сестра Клеменция остановилась рядом с матушкой Антуанеттой и вопросительно посмотрела на неё.

– Сестра, отведите Лилан на кухню и проследите за тем, чтобы во время «тихого часа» сегодня она посетила библиотеку. Я могу надеяться на Вас, сестра?

– Да, мадам, – ответила Клеменция.