Капелька. История любви

Ренат был непоколебим. Он заворачивал ее в одеяло и качал до тех пор, пока она засыпала. Болезнь отступила. Он снова кормил ее из своих рук.

Ренат одичал, никого не подпускал ни к девочке, ни к себе.

– Вера, ну, что ты делаешь? Чего ты боишься? – нервничала Изольда, не находя слов. – Только ты можешь убедить его в том, что это не его дочь. Он поверит тебе.

– Зачем? Зачем ему знать это? – Вера была непреклонна. – У Наты никогда не было рядом отца. Пусть она побудет немножко, еще немножко ребенком. Она совсем дитя.

Ей рано. Ей рано взрослеть… она еще совсем, совсем ребенок!

– Вера, это величайшее счастье, что он не отец ей. Ей не нужен теперь отец! Даже ее родной отец понял это! – пыталась убедить Изольда.

– Ее родной отец не хочет знать ее! Я написала ему! Он не ответил. Пусть у Ренаты будет отец! Я поклялась, что моя дочь, моя крошечка будет счастлива. Я поклялась, что она будет счастливее других! И я не отступлюсь, ни за что на свете!

Изольда поняла, что ей не переубедить Веру, она догадывалась, что Вера просто не может еще раз потерять Рената.

Но Ренат! Что будет с Ренатом?

Изольда с ужасом думала, что произойдет с ним, если Рената ночью просто ляжет с ним рядом в одну постель. Природа сделает свое…

В одну секунду он потеряет голову, потом, какая правда одолеет верх?

Она пыталась найти свидетельство о рождении девочки. Но ни Яну, ни Изольде так и не удалось это. Изольда сама засомневалась, не лжет ли Вера? А вдруг Рената все-таки ему дочь? Изольда не могла ни к чему прийти.

Теперь она корила себя в том, что не поинтересовалась раньше биографией девочки. Она никогда не видела ни одного из ее документов. Единственным желанием Изольды было помочь больному ребенку. Она хотела всей душой лишь одного, возродить к жизни беспомощного, загубленного эгоистической любовью своей матери человека.

Она боялась опоздать. Изольда ворвалась в номер к Ренату.

Рената сидела у стола и отстукивала ладошкой ритм. Рената не было.

Изольда села и стала рассматривать девушку.

Она пыталась обнаружить черты, характеризующие ее родителей. Но чем больше она вглядывалась, тем больше путалась. Она попыталась поискать на ее теле родинки. На видимой части она не нашла ни одной. Тело девочки, покрытое загаром, было безукоризненно, как и ее точеная фигурка.

Вера была слажена тоже хорошо. Но лицо ее было отекшим, а тело слегка оплывшим. Трудно было представить ее такой молоденькой, в каком возрасте была Рената.