Последняя Универсаль

– Ты хочешь сказать, что твоя интуиция подсказывает тебе?

– Можешь назвать это, как угодно, Элен. Но всё равно мы должны продолжать поиски.

Элен посмотрела на остальных.

– А вы что думаете?

– А если предположить, что Виктор прав? – произнёс Макс.

– Ой, я скоро превращусь в большую розовую сосульку!

Маккензи сжался в комок и подпрыгнул несколько раз на одном и том же месте, как бы пытаясь согреться.

– Я и не знал, друг, что ты не переносишь холод, – сказал Виктор.

– На Юпитере хороший климат, вполне привычный для нас, коренных юпитерианцев.

Все заметили, что Маккензи начал изменять свой розовый цвет на чисто изумрудный.

– Мак, не шути так с нами, – произнёс Теодор, он был действительно напуган подобными метаморфозами, – Что с тобой происходит?

– Что же здесь удивительного! Когда вы замерзаете, ваши носы и щёки краснеют, и мы тоже изменяем свой цвет.

– Тогда это вовсе не шутки.

– Ну, разумеется!

Камилла Реверс с издёвкой взглянула на Сандерса.

– Ну, а ты что думаешь по этому поводу, Джим Сандерс?

– Ты хочешь, чтобы я решил проблему? – нагло спросил Сандерс.

– Взамен той жизни, которая была оставлена тебе за твоё предательство, ублюдок!

– Давайте не будем никого оскорблять! Мы все здесь находимся в равных условиях.

– Возможно. И тем не менее, нам нужно что-то решать.

– Здесь действительно очень холодно.

Элен потёрла ладонями похолодевшие щёки, подула на руки, чтобы хоть немного согреться.

Макс снял с себя верхнюю отстёгивающуюся часть комбинезона и набросил её на плечи Элен.

Виктор сжал кулаки, в тысячный раз упрекнув себя за то, что не он первым догадался сделать это. Он должен был попытаться согреть её! Должен был хоть просто ухаживать за ней.

Сцена их последнего путешествия по реке на катере встала перед глазами Виктора так явственно и чётко, что он был готов поклясться, что он действительно видел ночные огни далёкой, недосягаемой сейчас столицы Земли – Ассинии.

В тот день он, Виктор Мервин, набросил на её плечи свою кожаную куртку. В тот день он поклялся себе и Элен, что никогда не расстанется с ней. Возможно, Элен не верила в это мимолётное обещание, но она была счастлива. Впервые в своей жизни счастлива. Она так напоминала ему податливую лань, гибкую и в то же время слишком женственную и непредсказуемую.

Любил ли он её ещё?

Да, он любил! И он был уверен в этом.