Ангел с поднебесья

Там было море накрахмаленных салфеток, серебряных вилок, модных блюд, употребляемых лишь в среде высшей аристократии и дворянства. Они не просто жили, каждый день их был наполнен праздником. Женщины в атласных и кринолиновых платьях, мужчины в чёрных фраках. Там были гусары, гвардейцы, дипломаты, представители императорского двора. Там было море мороженного и пудингов, там были сладости, конфеты, хлопушки. Дети были счастливы, они играли в салки, бегали по дому, восторженно что-то восклицали на французском.

Я сидела одна в мрачной пустой темноте.

Ах, как же хотелось мне спуститься к этим счастливым детям, как хотелось играть с ними в их весёлые детские игры! У них было детство, настоящее детство. Я была лишена этого детства.

Вдруг дверь захлопнулась, кто-то проник в мою комнату и быстро юркнул под кровать.

– Кто здесь?

– Не говори, что я сейчас в твоей комнате, – раздалось из-под кровати.

Это был голос Ивана.

Вслед за этим дверь вновь открылась, в комнату вошла дама в шуршащем шёлковом платье.

Кажется, она поставила подсвечник на стол.

– Где Иван? – спросила княгиня Давыдовская.

– Его….его нет.

– Куда же он скрылся?

– Я не знаю.

Княгиня сделала ещё несколько шагов, огляделась, взяла подсвечник и вышла. Через пару мгновений Иван вылез из-под кровати, приблизился ко мне.

– Спасибо, что не выдала меня, – сказал он.

– Почему ты ушёл оттуда?

– Там очень шумно. Они корчат страшные рожи и смеются надо мной.

– Но ведь это – игра.

– Я больше не хочу играть.

Какое-то время мы стояли в полной тишине, затем совсем неожиданно для меня я почувствовала на своей щеке лёгкий поцелуй.

– Ты очень красиво пела, у тебя божественный голос. Дедушке очень понравилось.

Где-то вдалеке послышался колокольный звон «Боже, царя храни», затем дальше перекатами на соседних звонницах заиграли колокола.

– Колокола, – прошептал Иван.

– Здорово.

– У нас часто поют колокола.

Я была смущена, потому что он стоял рядом со мною, я даже слышала его частое дыхание.

Никогда ещё ни один мальчик не проявлял ко мне такого внимания.

– Тебе хорошо в этом доме?

– Не очень, – тихо произнёс Иван, – Каждый день сюда приходят нудные гувернантки и заставляют зубрить ноты, а потом, когда я играю на рояле, меня бьют по рукам. Бывает слишком больно, но я терплю.

– Я была бы счастлива, если бы кто-нибудь научил меня нотам.

– Отец хочет, чтобы в будущем я стал известным композитором.