Послание. Часть 2

Она придаёт особый вкус произведениям кулинарного искусства. Полноватое морщинистое лицо доброй женщины составляет яркий контраст с холодным лицом Алисы, тронутым тщеславием. Оказывается, красота бывает отталкивающей. Как у Алисы…

– Ладно, нам пора.

Кофе стоял в розовых термоустойчивых кружках на миниатюрном журнальном столике. Офис благоухал ароматами французской парфюмерии. Наверное, все эти модные дамочки – жёны «новых русских» или депутатов в шикарных мерсах выливают на себя полстакана этого самого французского парфюма.

Они таскают с собой под мышками карманных собачек, украшенных бантами.

Жуткое зрелище! Но, слава богу, кажется, сегодня в салоне Алисы, никого нет кроме нас. Вероятно, богатые дамочки с собачками и мужьями-миллиардерами сговорились коллективно отдыхать на Кипре.

Алиса бросила на меня оценивающий взгляд. Сразу видно, за несколько мгновений она была способна предугадать перспективность своего «проекта».

– Ну, как?

– Неплохо. Но в тебе нет той грации, которая выделяет женщин второсортных от настоящих женщин.

Подруга Ирки (где она её только выкопала?) отложила в сторону тушь для ресниц, посмотрела на своё отражение в зеркальце. Да, Алиса осталась довольной. Это было написано на её лице.

– Значит, ты считаешь себя Настоящей Женщиной? Эдакой красавицей с Бульвара Капуцинов?

– Мари! Не заводись.

Ирка дёрнула меня за рукав костюма «от Версачи». Как ни странно владелица салона «Твой имидж» осталась вполне спокойной. Алиса и не думала снисходить до моих дерзостей, как истинная аристократка взирает с высоты своего пьедестала на шалости черни.

Не удивлюсь, если её родители окажутся вдруг какими-нибудь богатыми дворянами. Ну и наплевать! Эти богачи просто много из себя строят.

– Кстати, костюм можешь оставить у себя.

– Чего ради? Я не ношу подделки.

– И совсем не разбираешься в одежде. Это – отнюдь не подделка. И брошь из настоящих алмазов.

Да она рехнулась! Или нашла утончённый способ, чтобы унизить меня.

Настоящие алмазы!

Да где это видано, чтобы вот так просто разбрасывались драгоценностями.

Разве что короли или люди, совсем не ценящие человеческий труд.

Но Алисе я возражать не стала. Всё равно, и ежу понятно, что брошь сделана из обычных стекляшек. На экране японского телевизора «Сони» появилось знакомое лицо диктора Вероники.

Люблю Веронику, её голос меня почему-то успокаивает. Сразу видно, она никогда не суетится по пустякам.

– А теперь дежурная хроника.