Просветлённый

Сначала подросток испугался вида персиянки, потому что в течение долгих лет шла давняя вражда и противостояние с Великой Империей Ахеменидов.

– Успокойся, друг, – произнёс я, похлопав его по плечу и потрепав по кучерявым волосам, – Это – Сахиб. Она… она- рабыня в этом доме, но скоро я освобожу её.

Говоря это, я смотрел в глаза девушке, она смутилась, потупила свой взор и пошла исполнять моё поручение. Оно заключалось в том, чтобы привести в порядок Галктиона, и из обтрёпанного чумазого чертёнка превратить его в нормального греческого мальчика-подростка.

Я видел, как покраснел Галактион.

– Она, эта чужеземка, будет мыть меня? – спросил он.

Я рассмеялся:

– А-а, я и забыл, ты, оказывается, умеешь стесняться. Но не обижайся на мои слова, Сахиб только подогреет воду, а мыть тебя будет старик Артемий – он давно служит в этом доме и очень предан моим родителям. Можно сказать, он является членом нашего семейства, – я грустно вздохнул, – правда, от былого семейства и славы этого дома почти ничего не осталось.

– Почему? – заинтересовался моими словами Галактион.

– Отец уехал, мать…, я не знаю, где она сейчас, и что с ней. Сестра вышла замуж за того, кого совсем не любит, а Диоклет отправился в Дельфы, чтобы готовиться к новой Олимпиаде.

– Диоклет – это твой брат? – спросил Галактион, плавно перейдя «на ты». Я был рад тому, что мальчишка начал доверять мне.

– Да.

– Так он – участник Олимпийских Игр?

– Да, Диоклет уже одержал несколько побед в борьбе и в беге.

– Должно быть, ты очень гордишься своим братом? – спросил он.

– Это так, но сейчас меня волнует другое, я должен найти мать и освободить её из финикийского рабства. Я хочу сделать это до того, как мой отец Агапий возвратится в гавань.

В дверях возник Артемий в длинном химатии. Он поклонился мне и взглянул на чумазого Галактиона.

– Откуда здесь взялся этот слуга Ада? – спросил старик.

– Из Афин, – подыграл я ему, – но скоро ты сделаешь из него обычного греческого гражданина.

– Я – раб, я – не гражданин, и в любую минуту меня может хватиться мой хозяин Илларион.

– Я же сказал, что освобожу тебя, глупец. Завтра мы отправимся в Афины, и я заплачу выкуп за тебя.

– А как же твои родители? Они не будут против «такого приобретения»? – усомнился «слуга Ада».

– Не думаю. Они всегда питали сочувствие к рабам и привили это отношение и своим детям, – ответил я.

Артемий подтолкнул Галактиона к выходу, вновь поклонился мне.