Дольше, чем смерть

Он не соблюдает режим, может проснуться среди ночи, если ему вдруг во сне пришла какая-нибудь идея или посетило вдохновение.

Он абсолютно «забил» на своё здоровье и уже давно не обращал внимания на то, что он ест, как и когда. Вот почему Владимир в последние пол года мучается с желудком.

– Тебе бы лечь в хорошую клинику и обследоваться, – говорил отец.

Владимир лишь рукой махнул.

– По моему, если я вдруг стану «нормальным», мои картины перестанут пользоваться спросом.

На его выставки, состоявшиеся не так давно в нашем городке, приходила почти вся элита Новочеркасска.

Я слышала, в Москве тоже проходили его выставки, только, к сожалению, я не смогла на них попасть из-за болезни.

И вот что интересно – почему-то Владимир упорно отказывался продавать свои необычные картины, лишь только моим родителям.

– Орлов, почему ты не хочешь реализовать себя? – однажды спросила у него я, когда он пришёл к нам на чай.

Орлов иногда захаживал к нам, чтобы рассказать о жизни, скоротать время, поболтать, наконец.

– во-первых, не создан для семьи;

– а во-вторых, потому что семья отвлекала бы его от творчества.

Вопрос о совмещении даже не вставал, поскольку Владимир не хотел рассматривать его.

В ответ на мой вопрос Орлов пожал плечами:

– Не знаю. Мне не совсем безразлично то, в какие руки попадут мои творения.

– Что ты имеешь в виду, Орлов?

– Не люблю обывателей.

– Почему?

– Потому что со временем они превращаются в «овощей». Это не личности, а серая биомасса.

– Разве ты не хочешь нести, так сказать Свет в эту, как ты говоришь «серую биомассу»? – спросила я.

– Нет, не хочу.

– Почему, Орлов?

– Потому что я – не Данко.

– Разве плохо быть Данко?

– А разве все рождены, чтобы стать Данко?

Иногда своими словами, мыслями, ответами Орлов ставил меня в тупик. Но он мне нравился, потому то он не был «овощем».

Итак, Владимир Орлов в тот день был одним из моих гостей. Разумеется он подарил мне одно из своих «творений».

«Творение» было тщательно упаковано в крафт-бумагу.

Меня, помню, мучило нетерпение, потому что мне хотелось увидеть своими глазами новое произведение Орлова.

Это была церковь на фоне природного ландшафта. Странник с посохом остановился возле небольшого холма и всматривался в очертания храма. На нём был синий кафтан купца 11 – 12 веков.