Всё укроется снегом белым…

Пожалуй, в Ростове мне впервые показалось, что всё это непрочно, на живую нитку. Мы везли продукты – мороженое мясо, масло, колбасу, апельсины. В Ростове было голодно, столица выметала всё подчистую, а потом переполненные поезда тащили назад продукты в коробках, сумках, корзинах. Кто не мог привезти сам или передать с оказией, договаривался с проводниками, насос действовал исправно в обе стороны.

Но сейчас, кроме обычной подкормки, требовались продукты маме на юбилей, Витиной маме на Старый новый год, семье моего брата, его сестре.

Витя завёз меня к маме, выгрузил из такси часть вещей. Он ещё в Москве сложил свои вещи отдельно и сказал виновато, что остановится у своей мамы, а я у своей.

У меня заболела душа. И эта смущённая улыбка под маминым проницательным взглядом…

Первое, что я сказала маме:

– Я замуж выхожу.

– Большего подарка ты мне сделать не могла, – ответила она и не спрашивала больше ни о чём.

Мамин юбилей был назавтра, Витя обещал прийти пораньше, а пришёл только к двум часам.

Мы с мамой крутились, чтобы не ударить в грязь лицом перед новой роднёй, лишние руки очень пригодились бы. И от его отсутствия, такого непривычного, у меня опять заболела душа.

Как Витина мама примет известие о его женитьбе? Он взрослый человек, но всё же…

– Я пришёл помогать.

– Поздновато, знаешь. Уже почти всё готово.

– Никак не мог сбежать, сидел, как на иголках. Раз в году приехал и сразу из дома.

Я вытерла предательские слёзы с глаз.

– Ты сказал про нас с тобой?

– Перед самым уходом сказал и сбежал.

Часа через два пойду за мамой.

– Как она это приняла?

– Возмутилась ужасно: «Ты же сказал, что больше никогда не женишься!» Я ответил: «Я же не говорил, что не женюсь на Светлане».

– Ну и что?

– Пусть остынет.

Она пришла – высокая, седая, строгая. Ни о чём не расспрашивала. Я называла её по имени отчеству, но уже в следующий приезд звала мамой, потому что Витя стал так называть мою с первого дня.

Наши неподготовленные родственники поглядывали то на неё, то на Витю.

А потом Костя, муж моей двоюродной сестры, осмелев после нескольких рюмок, отвёл Витю к окну:

– Ты собираешься жениться на Светочке?

– Как только она сама соберётся, так сразу! – ответил Витя тоже после нескольких рюмок.

Витина мама задала ему свой главный вопрос перед самым отъездом:

– Скажи, почему вы не регистрируетесь?

– Обмен квартиры, ма. Свете дали разрешение Ростов на Москву и ей, и маме.