В темноте

Муравей отвечает стрекозе своей знаменитой крылатой фразой: «Так поди же, попляши!»

Сюжет, как и многие другие, заимствован баснописцем у французского поэта XVIII века Лафонтена и пересажен на родную русскую почву. Еще чаще поэты XIX века черпали идеи из древней античной литературы. Написанные ими произведения получали вторую жизнь и большую известность.

Понятно, что в басне ситуация упрощена, но дети получали для себя важный урок: чтобы чего-то добиться в жизни нужно много и неустанно трудиться. Пример тому – жизнь самого баснописца Ивана Андреевича Крылова, выходца из бедной дворянской семьи.

Сегодня покажется странным, но именно его при жизни Александра Сергеевича Пушкина многие современники считали первым поэтом России.

Принялись дома разыгрывать басню, как театральную сценку. Даша взяла себе роль маленького трудолюбивого муравья. Он ей сразу больше понравился. Дедушке, соответственно, досталась вакантная роль легкомысленной стрекозы. Стал он домысливать себе эту старую как мир историю. Сразу заметим, что плясунью-стрекозу им обоим было по-человечески жаль.

В жизни все так устроено, чтобы каждый своим делом занимался…

Представил, что трудолюбивый и бережливый муравей искал себе пару и однажды сделал предложение красавице-стрекозе. Дело было летом, когда та беззаботно резвилась, сверкая радужными крылышками среди «мягкой муравы». Муравью стрекоза отказала – не нашлось ему места среди других ее многочисленных поклонников из старинных дворянских родов. Скромно он на их фоне выглядел.

Да и роль хозяйки в небогатом доме муравья ее мало устраивала. Скучным показалось такое будущее. Говорили, что у нее талант: ей бы примой быть и танцевать на императорской сцене. Такие слова кому угодно могли голову вскружить. Жизнь в столице у нее – один сплошной праздник, «песни, резвость каждый час». В общем, муравей стрекозе совсем не пара. Слишком разные у них интересы получались: он по земле грешной ползал, а она в небесах летала…

Со сценой у стрекозы не заладилось. В столице своих балерин не знали куда девать.

Между тем дело шло к зимним холодам. Выяснилось, что родительское имение плясуньи давно заложено, а красавцы – поклонники, узнав такую важную подробность, теперь искали себе богатых невест на стороне.

К тому времени муравей сколотил небольшой капитал, нанял работников в мастерскую и открыл лавку у себя на Камышовой улице, а потом вторую, уже на Сенном рынке. Взял кредиты, пароходом собственным обзавелся, товары в Англию повез.