Возврат

– Дядь Лёнь, здравствуйте, мне крест нужно кедровый на могилку сделать.

– Хорошо, сделаю, а кто помер-то?

– Сын мой помер, не родившись, а я его похоронить хочу.

– Ну, это правильно, доченька, все мы в землице родной лежать должны.

– Ты только, Дядя Лёня, вырежи на кресте надпись для меня. «Ты Богом дан был».

– Хорошо, родимая, всё сделаю. Ты на погосте будешь ставить?

– Да.

– Хорошо, тогда я и место подготовлю там. Когда приедешь?

– Завтра.

– Успею. Жду.

Глава 13

Отношения Ивана и Надежды складывались хорошо, но не торопливо, не стремительно.

Они присматривались, притирались. Она не хотела повторения истории. Он хотел серьёзных семейный отношений. Поэтому жили они порознь, близости себе не позволяли, поцеловались только раз в щёку. Но это обоих устраивало, и им даже нравилось томиться и ждать развития вместе.

На следующий день они поехали в деревню ставить крест.

Путь был неблизкий, и по дороге она взяла его руку и переложила её с рычага коробки передач себе на колено, и, смотря на него, прошептала:

– Знаешь, что для меня отношения?

– Нет, – прикинулся он.

– Я хочу ощущать, что нужна тебе постоянно, всегда, 24 часа в сутки, – нагловато посматривая на него, провела кружок на своей ляжке, показывая часовой циферблат, – И семь дней в неделю.

Он не нашёл ничего, что ответить, и молча завёл свою ладонь на внутреннюю часть бедра. И не убирал её до самого конца поездки. «Хорошо, что машина на автомате».

Хотя её попытка загнать его в какие-то рамки и указание, что именно ему нужно делать, немного ему не понравились, но вида Иван не подал.

Доехали до родной церкви, ничего не изменилось, всё те же покосившиеся кресты на куполах, всё та же прохудившаяся крыша и скрипучий пол. На погосте крест отца Сергия выглядел неухоженным и заброшенным. На Надю нахлынуло чувство вины за оставленную могилу единственного родного человека на всей Земле. Она опустилась на колени перед могилой и вырывала засохшую траву, пытаясь навести хоть какой-то порядок.

Ваня подошёл к ней со спины и сказал:

– Иди, там дядя Лёня пришёл, я приберусь.

Она обернулась и увидела превратившегося в старика Дядю Лёню. Бросилась ему на шею и бесслёзно заплакала о потерянном времени и что его уже не вернёшь. Казалось, ещё вчера Надя бегала по огороду деревенского плотника. А сегодня вот он, глубокий старик с лицом, изрезанным морщинами, одетый в лохмотья. Старый человек, который принуждён к тяжёлой физической работе. Иначе не выжить.