Заблуждение. Роман про школу

 – Пусть идут на хрен все иные точки зрения! Они только все испортят.

– Не думаю, что они испортят Теорию нелюбви. Даже будет лучше, если произойдет столкновение двух теорий: Костиной и… еще чьей-нибудь. Это же интересно! Получится великое философское противостояние!.. – представил себе Арман.

– Эх, Арман… – заключил Саня и махнул рукой.

Заранее замечу, что впоследствии Арман еще не раз будет упоминать о том, что зря сомневался в Теории нелюбви. Это типичные действия Армана.

Ну а тем временем прозвенел звонок, и класс пошел на химию.

Бандзарт сразу заподозрил неладное. Он видел, что мы находимся в некой прострации, и не мог понять, в чем дело. Несомненно, это был исторический момент – мы еще никогда не присутствовали на его уроках в состоянии такой отрешенности. Создавалось впечатление, будто сама Теория нелюбви ворвалась в пространство химического кабинета и решила уничтожить напрочь все возможные мысли о предмете Бандзарта.

Конечно, Феликс ничего не знал о прошедшей литературе – Федорова уже в конце пятого урока выглядела такой утомленной, что вряд ли решилась бы что-то кому-то рассказать, а тем более – Бандзарту. К тому же тот, скорее всего, не знал даже, что у нас сейчас была именно литература. Но… Внимательно осмотрев наши лица – а на это у него ушло всего несколько секунд, – он, думается, наверняка догадался, что до этого урока случилось что-то такое, отчего химия в классе отошла на второй, если не на третий—четвертый план.

Сначала он старался не обращать на это внимания, но на десятой минуте урока все-таки позволил себе заметить:

– Да что с вами такое? Какие-то вы странные… Вот, вы, например, Московский, – обратился вдруг Бандзарт к Леше, – скажите: о чем вы сейчас думаете?

– О химии, разумеется, – соврал Леша.

Бандзарт внимательно посмотрел на него и заключил:

– Что-то не похоже… Лучше отвечайте, что с вами произошло! – потребовал он, обратившись уже ко всему классу.

Но класс молчал. Может, никто и не боялся сказать сейчас о Теории нелюбви вслух, при живом, рядом стоящем Бандзарте, но каждый просто боялся высунуться. Впрочем, долго так тоже продолжаться не могло, к тому же Бандзарт мысленно давил на нас. Давил одним своим взглядом, показывая, что ждет ответа.

Все постепенно поняли, что находятся под колоссальным напряжением.