Заблуждение. Роман про школу

Я отошел от него, находясь не в самом приятном расположении духа. «От Чивер прячусь – так еще этот решил поиздеваться. Что за день?!» – досадовал я.

Итак, со следующей перемены я стал дежурить на месте Димы. И… да, пожалуй, он был прав, когда предупреждал меня о собачьем нюхе Чивер… Долганов быстро выяснил, что мы с Ветровым поменялись местами; судя по всему, ему это не понравилось, и он решил все вернуть на круги своя. И вот, когда я в конце второй перемены пошел в сторону места прежнего поста, чтобы просто через него пройти, из-за угла неожиданно показалась голова особы из цвета говна кабинета, и эта особа, конечно, сразу меня узнала, а заодно и тут же вспомнила, что я отсутствовал на сегодняшней географии, – в общем, в голове ее мысленно открылся файл с полнейшей про меня информацией, бывшей для нее сейчас столь важной.

Разумеется, Чивер сразу устроила скандал: начала кричать, показывать неприятные жесты, хитро улыбаться, видя, что я в замешательстве, пообещала поставить «1»… Потом еще позволила себе несколько крепких выражений про 11б – куда ж без этого?! В общем, вела она себя сообразно тому, чего я и ожидал.

Когда же Чивер, наконец, выругалась по полной и отошла от меня, я глубоко вздохнул и подумал: «Как же все предсказуемо…»

Впрочем, наверно, я ошибался, ибо никак не мог заранее знать, что, когда уже буду идти домой, мне позвонит Долганов и напомнит, что на этой неделе мы с Соней Картенко дежурим по классу – мол, «мы сами себе назначили эту дату».

– Да, действительно… Что-то такое было, – вспомнил я.

Как Читатель догадался, мне пришлось взять обратный маршрут и вернуться в школу – перечить Долганову при самовольном определении недели дежурства было бессмысленно.

Придя в школу, я сразу встретил у дверей физрука, словно он ждал именно меня. Поручение мне было дано следующее: отмыть весь зал. Я, конечно, ужаснулся, спросил у Долганова, мол, «Не шутка ли это?», на что он только рассердился, заявив, что «Совсем даже не шутка! Работайте!»

Ох и опечалился я в тот момент! Тоска и уныние сопровождали меня, когда я побрел в зал.

Сегодня, в этот гадкий понедельник, мне вообще не хотелось заниматься каким-либо дополнительным дежурством (ведь это совсем не то дежурство, о котором я столь много говорил в предыдущей главе!), что уж говорить об отмывании всего спортзала! Но переносить его на другой день недели, когда, возможно, у меня будет более мрачное настроение, я тоже не хотел.