Эхо

Год за годом бредёт зимний муж домой,

утопая в сугробах снежных.

А жена его летняя ждёт мужа нежно.

Вот уж сотни лет верна ему безнадежно!

Бескрайнего лета жена

по солнечным кружит полянам:

где тропинка заветная та?

Увы, но она не знает!

Зимний муж заплутав,

в бесконечной зиме,

замурован в ней, как в западне.

Зимний муж, летняя жена…

им не встретиться никогда.

От краски до цвета

От краски до цвета,

как от бессонницы до рассвета.

В брод брести по облакам,

За Судьбою по пятам,

как от цвета до света.

Сквозь чащобы заблуждений,

чтоб дойти до снов основ,

Где, как ребусов намёки,

предсказаний туман слов.

По неведомым местам,

по преградам растеряв,

Свое имя в звон осколков

в день базарный разменяв.

И толмачить с неживого

и забытого давно

На нежданно вновь рожденное,

принимая, как своё.

Переводы звука в слово,

красок тубы в яркость дня,

Музыку и отзвук-эхо

примиряя меж собою,

Перештопав всё былое,

и простить за всё любя.

Давай с три короба наврем

Давай с три короба наврем!!!!

И в этом будет больше правды,

чем в перечне событий

за вычетом времен,

когда без камертона

близкого дыханья

пришлось справляться

с омутом желанья,

и невостребованности;

доброты

и слова,

когда, пересекая ледники пустынь,

передвигаясь плавниками,

избитыми об лед,

их украшала каблуками

немыслимых высот.

Зачем весь этот мусор

между нами?

Когда перекрестке всех времен

мы горстку слов

друг другу дарим…

Давай с три короба наврем!!!!

И в этом будет больше правды.

Гамак

Подвесить дачный гамак между стрелок;

минутной и вечности.

И упоительно врать до утра,

наслаждаясь ленью беспечности;

О том, как прошли года

сквозь сито самой себя.

И к черту подробности правды!

Вся истина старым котом исходит теплом

и мурлыканьем, звучанием голосов

в точке скрещения дней,

в пикселе разных времен,

текущих мимо всего,

что дорого было и мило

без нашего участия в нём

мимо, мимо, мимо…

Чай

Завари мне чай,

как прежде – пополам с мечтой,

с ароматом нежной лжи,

с привкусом надежды.