Я тебя слышу, или Дивертисменты жизни

Ты лучше скажи, не будет ли какой стоянки? Хоть в поле? На воздух хочется, прям страх! А то уже портяночный дух до жабер пробрал, – осторожно поинтересовался Семён, напирая на морской жаргон.

– То, что не дождалась, так и ладно. Не твоя значит. А стоянка? Отчего ж не будет? Киров через час. Нас меняют на другой тепловоз. Мы лес назад потянем. Так что… Пока нас отцепят, потом вас маневровый подальше на запасной затолкает. Потом ещё пока ждать новую «голову» будете. Если знать, с какого пути покатитесь, часа два минимум можно гулять.

А то и больше. Конечно, если ваше начальство не забыкует, – со знанием дела проинформировал дед Аркаша.

– А как же узнать-то это? – боясь спугнуть птицу счастья, осторожно спросил Семён.

– Да нет ничего проще. Ща пойду к себе, свяжусь с диспетчером и спрошу. Ты что же думаешь, мы безвылазно в паровозах сидим, пока такая канитель происходит? Тоже, чай, люди, а не железки. Да и что для родной души в тельняшке не сделаешь, – расплывшись в самой что ни есть благожелательной улыбке, сказал неожиданный спаситель.

– Дед, тогда уж позволь совсем обнаглеть. Разреши нашему прапору к тебе в тепловоз подойти, узнать про этот путь.

– А-а-а… это такой важный гвоздь-сотка? – спросил машинист.

– Точно он! – расхохотался Семён.

– И если опять же не в облом, по дороге шепни ему негромко, что старший сержант Григорьев сам отойти с поста не может и очень его просит подойти во второй вагон.

– Ладно, старший сержант Григорьев, бывай! Не боись, всё сделаем, о чём договорились.

Дай краба пожму. Служи и ни о чём не тужи! – придерживая дверь (не то что наши олухи), вышел из тамбура дед Аркаша.

– Во, блин, прямо, тётушка фея какая-то! – прошептал Семён.

Ровно через три минуты ворвался раскрасневшийся Гриня.

– Ты что, Студент, совсем оборзел? Сам подойти не можешь, а уже каких-то гражданских в гонцы нанимаешь?

«А вот и злая мачеха собственной персоной», – про себя ухмыльнулся Сёма.

– Не кипятитесь, товарищ старший прапорщик.

Когда узнаете, что я надыбал, сами побежите моим гонцом быстрее ветра, – спокойно сказал улыбающийся Семён, всем своим видом излучая уверенность. Потом так же спокойно, чётко и по-военному рассказал Грине свои соображения и передал разговор с дедом Аркашей.

Курить уже не хотелось, но Гриня попросил сигарету. Семёну пришлось открыть новую пачку «Памира» и автоматически присоединиться самому. «Вот, блин, пагубная привычка. Дембельнусь – брошу», – подумал он.