Зеленый луч №4 2020

Мы над Крымом летим – и его нам ни мало ни много,

И какие короткие и бесконечные дни…

«Меня встречали на пороге храма…»

Меня встречали на пороге храма

Разнообразье детских голосов,

Огромный пёс обломовского нрава,

Разлёгшийся меж вёдер и лесов,

Игрушки, тряпки, мраморные плиты,

Покрытые цементною пыльцой,

И солнечный, полуденно разлитый,

Надвратный свет, стекавший на лицо.

Кругом ремонт, но – повезло, должно быть —

В тот самый час во храме – никого.

И по седым ступеням, как по нотам,

Я углублялась в музыку его.

И было так: ни голоса, ни скрипа,

Ни отдалённых шорохов извне.

Огромный мир – и маленькая пристань,

Невесть за что подаренная мне.

Как византийских фресок отраженье,

Как сочетанье тверди и земли,

В надчеловеческом изображенье

Передо мной святые проросли.

Они взмывали надо мной, как сосны,

В высоких кронах плыли облака,

А выше них, в парении бессонном

Благословляла Божия рука.

И было так: от Бога и до Бога

Круговорот творенья и Творца.

И мы несли к отцовскому порогу

Полученное нами от Отца.

Земных ремёсел грубые законы

Дарили нам прозрения свои,

И чудотворной делалась икона

От человечьей Веры и Любви.

Вот так и плыл, как свет в высоких окнах,

На всё ответ, прекрасный, как мечта…

А на полу играл и бился отблеск

От с высоты взглянувшего Христа…

Крымская легенда

Как у крымских легенд прихотливы курортные судьбы!

Самый грустный сюжет разбивается тёплой волной.

Как бы нам замереть и проникнуться самою сутью —

Только слишком пьянят это солнце и это вино!

Так на пляже в Мисхоре Русалка стоически сносит

Развесёлых пловцов, что ныряют с неё в глубину.

Оживить бы её самой тёмной безлунною ночью

И исправить чуть-чуть вековую пред нею вину.

Мы б накинули плед на безумно уставшие плечи,

Мы б обняли младенца, игрушку ему подарив.

Мы б поплакали вместе, наверно, – и стало бы легче, —

Поглядев, как Венера над нами печально горит.

Но не встретить Арзы на безлюдном предутреннем пляже,

Разве где-то вдали заиграет морская волна.