Счастливое завтра

Потом ходишь и думаешь, что не так сделал? А придешь спросить, так в другое ухо получишь! Вот так!»

Пока была жива мать, воспитанием Джейн занималась она. Но после того как она умерла, вся ответственность за будущее дочери свалилось на плечи старого дровосека. И он воспитывал дочь так, как умел. Так, как воспитывали его.

Если ему не нравился ужин или порядок в доме, он заставлял дочь весь вечер простоять в углу на коленях, или бил тонким прутиком по рукам, считая, что это наказание больше подходит девушке, чем удар в ухо.

И это стало нормой для Джейн, к которой ей пришлось привыкнуть с двенадцати лет.

И если с будничной рутиной смириться было можно, то вот выходных дней она боялась.

Каждую пятницу и субботу отец Джейн проводил вечера в компании коллег по работе, сидя в баре и болтая. Потягивая за разговором сначала пиво, а потом что покрепче, мужчины не замечали, как могли оставить в баре не только половину зарплаты, но и здравый рассудок.

Джейн до сих пор помнит тот вечер, когда отец пришел пьяный первый раз.

На часах было 23:30. Считая своим долгом дождаться отца, Джейн сидела и читала книгу. Отец был весьма огорчен тем, что она до сих пор не спит. Так же он решил высказать свое недовольство порядком в доме. Он доказал ей свою точку зрения двумя крепкими ударами по ребрам.

С тех пор Джейн никогда не ждала его по вечерам. Она уходила к себе. Закрыв комнату, она двигала большой книжный шкаф, который стоял рядом с дверью, таким образом, чтобы дверь невозможно было открыть.

Каждую пятницу и субботу она слышала, как пьяный отец тарабанит в ее дверь, как он кричит, какими словами называет ее и ее мать. Укрывшись одеялом, Джейн лежала и смотрела на тумбочку рядом с кроватью, на которой стояла фотография так рано покинувшей ее матери.

Так проходили пятница и суббота. А в воскресенье они вместе с отцом шли рано утром в церковь, словно ничего не было. После они заходили в магазин, где покупали продукты на неделю, а затем в аптеку, где они покупали закончившиеся таблетки и заправляли ингалятор отца Джейн.

Так проходила неделя за неделей. Джейн уже привыкла ко всему, но все же, смотря на ярых девушек «феминисток», она хотела что-нибудь поменять. Сидя на коленях в гостиной вечером и держа за руку своего отца, она повторяла заученные ей молитвы, но в глубине души просила лишь об одном: «Господи, помоги мне поменять свою жизнь».