Стремятся мысли вдаль. Поэзия и проза

И началась резня, и ввысь взлетели стрелы,

И полилась рекой горячей бурно кровь.

Могуч ворот засов, крепки у града стены,

Но волны басурман в них бьются вновь и вновь.

«Сильны пока ещё! Уж, полдень жаром дышит,

Изрублены щиты, но город наш стоит!

Гляди-кась, отошли, – глас воеводы слышен,

Пусть глас немолодой, он тетивой звенит, —

Не время отдыхать, ещё поспать успеем.

Выстраивай ряды и выступай вперёд!

Сейчас мы разобьём их чёртовое племя

В низине у реки – им узок там проход».

И выступила рать. Могуча и безмолвна,

И завязался бой у брода той реки.

Взлетали стрелы ввысь, мечам там было вольно.

Косили, как траву, они врага ряды.

Батый не ожидал столь гневного отпора.

И в ярости бросал в бой новые войска.

Стотысячная рать уже была без крови,

А град ещё стоял шеренгой у леска.

Плотина мёртвых тел ту реку перекрыла.

Остатки сил орда бросала на тот брег.

Защитников ряды, теряя в рубке силы,

Стояли до конца. Час превратился в век…

А помощь не пришла.

И град орда сожгла, войдя в него, дотла.

В пятнадцать тысяч рать не отдала без боя

Судьбу семей своих. Вся как один легла…

Уроки те просты. И нам, увы, наука.

Вся сила в кулаке, уж, коль его сожмём.

Жаль, только, что персты, как лебедь, рак и щука

Кричат друг другу: «МЫ и так переживём»…

Смеются над тобой

Душа моя остыла… Откуда вдруг немилость?

Где кремень? Где огниво? За что несправедливость?

Вокруг всё тьма покрыла.

Куда исчезла сила?.. Повержена строптивость.

Как это всё не ново. Как это всё известно:

Судьбы крепка основа. Судьбе всегда есть кресло.

А дух, увы, без крова, А дух, увы, без места,

Коль умирает слово. Коль слаб уже маэстро.

И убегают мысли, И дней дымА печальны,

Гонимые, как листья, КружАт в дали опальной

Осеннею порой.

А бури злых сомнений, А лет, ушедших, боли,

Подняв свои знаменья, Испробовав слёз соли,

Смеются над тобой.

Ночной пастух

Холодный, молчаливый лик

Луны на звёздном небосклоне,

Рождающий тоску и крик —

Я пред тобой стою в поклоне.

Тяжёл твой взор с высот небес,

А ледяная блеклость красок,

Тобой разлитых всюду здесь,

Рисует уйму жутких масок.

Владыка неба и пастух

Морей, лесов, полей, созвездий.

Твой скорбный, молчаливый дух

Нам дарит танцы диких бестий

На сцене призрачных теней,

Как вызов солнцу и покою.