Судьба соцдона. Роман

Задремавший на окне Маркиз встрепенулся ушами и открыл глаза, но тут же опять задремал. Андрей специально подбирал дверной звонок максимально спокойный, не резкий, чтобы был слышен, но не пугал даже ночью. Кто бы это мог быть в такую рань в субботу?

– Наверно, дворник, – вслух подумал Андрей. – Моя машина стоит у подъезда, а они, наверно, опять крышу чистить собрались.

– А вчера был снег?.. Пойду посмотрю, – Ольга поставила свою пустую чашку в раковину. – Может, это участковый договор принёс?

Андрей откусил бутерброд, но прожевать не успел, как Ольга вернулась бегом:

– Андрюш, это, кажется, они! – страшным шёпотом заговорила она.

– Кто – «они»?

– Ну, эти, с подселением. Там полно народу, милиция, тётки какие-то…

– Не, вряд ли. Участковый сказал, у нас будет месяц на размышление. Они должны были предупредить… Мы же не готовы.

В дверь ещё несколько раз позвонили.

– Давай не будем открывать.

– Да, ладно, Оль, чего ты дёргаешься? Сейчас объясним, что они не вовремя.

Пусть отдадут договор, бумаги какие там ещё положены, мы почитаем и примем решение. Если «да», то согласуем время, когда мы будем готовы. – Андрей положил половину своего бутерброда на тарелку, отхлебнул чай и поднялся с табуретки.

– Не открывай, Андрей. Пусть нас будто дома нет.

– Да чего нам бояться?

В этот момент спавший на подоконнике Маркиз вскочил, выгнул спину и зашипел, шерсть на загривке у него поднялась дыбом. Он не отрываясь смотрел куда-то мимо хозяев, в дверной проём кухни.

Андрей и Ольга обернулись и застыли. В проёме двери сидели две огромные овчарки: одна в наморднике, другая без, она, часто дыша, мотала длинным розовым языком. Обе были с ошейниками, но поводки просто тянулись по паркету в тень коридора.

– Куда вы убежали, неслушницы? – за овчарками показалась толстая бодрая тётка неопределённого возраста в полицейской форме, но поводки собак поднимать не стала, а просто отодвинула рукой морду одной из них и протиснулась в кухню.

 – Не бойтесь, они не кусаются. Здравствуйте.

– Как вы попали сюда? – Андрей очнулся от оцепенения первым, улыбаться в ответ весёлой тётке он не собирался.

– А что ж вы не здороваетесь? Невежливо. Я присяду. – Тётка подошла к столу, положила на него свою папку и села, не дожидаясь приглашения. – Да и вы садитесь, у нас с вами много работы.

– Какой работы? Вы кто вообще? Что вы делаете в моём доме?! – Андрей ещё не кричал, но тон был уже на грани.