Судьба соцдона. Роман

В квартиру между тем заходили какие-то люди, проходили в комнаты, переговаривались. Позади овчарок встал полицейский с автоматом и взял их поводки в руку. Та, что была без намордника, закрыла пасть и внимательно смотрела на Андрея, вторая улеглась, но тоже смотрела на него «без улыбки». Маркиз перестал шипеть, но стоял, по-прежнему выгнув спину, и не мигая таращился на овчарок.

– Да вы не кричите, Андрей Валентинович, – тётка раскрыла свою папку. – Сами же подписали договор, а теперь удивляетесь.

Меня зовут Наталья Михайловна, я руководитель седьмой группы заселения Северо-Западного округа. Вот решение о заселении. Подписано начальником вашего отделения полиции. А вот договор с вашей подписью.

– Да как же так? Ведь у нас должен быть месяц на размышление.

– Размышлять, Андрей Валентинович, надо было до подписания договора. А месячный срок указан в договоре, если вы его читали, как максимальный, в течение которого производится подселение.

– А как вы в квартиру-то нашу проникли? – Ольга вышла из ступора. – На каком основании вы дверь взломали?

– На основании Федерального закона «О социальной взаимовыручке» и Государственного регламента процедур социальной взаимовыручки, утверждённого правительством Российской Федерации, Ольга Сергеевна, – имена Наталья Михайловна выдавала, никуда не заглядывая. Чувствовалась подготовка к акции и наработанная практика. – Да вы присядьте, я вам всё подробно объясню.

А то вы оба как в шоке. Смотрите на меня, будто я ваш бутерброд съела. Кстати, кофейку не нальёте? Пахнет у вас аппетитно.

– Не нальём. – Ольга постепенно брала себя в руки. – Что ты подписал, Андрей? Ты вообще читал этот договор?

– Послушайте, участковый мне объяснил, что у нас будет время подумать, что мы можем всегда отказаться от этого договора… В конце концов, он должен был принести сам договор, чтобы мы могли его изучить, а то поймал на бегу, наврал с три короба про какие-то льготы…

– Так договор – вот он… А при вашем разговоре с участковым, Андрей Валентинович, я не присутствовала.

Что он вам наврал, как вы выражаетесь, а что вы не так поняли, я не знаю. Льготы вам действительно полагаются, и очень серьёзные, но и обязанности закон на вас возлагает большие, и ответственность тоже не шуточная. Отказаться вы, конечно же, всегда можете, всё строго добровольно.