30 лет цинизма. Сбоник стихов

Понял я – непростая работа грядет:

Там живые не сдюжат – лишь сгубишь людей!

Да и кто же туда добровольно пойдет

По веленью моих сумасшедших идей?

Взял тогда я трубу и подъем протрубил…

И из мрачных болот, из оврагов и рвов,

Из забытых людьми и богами могил

Встала армия мертвых, услышав мой зов.

Попытаемся с ними те льды расколоть,

Чтоб достать бедолаг и закрыть им глаза…

К жизни их не вернуть, так пускай же Господь

Упокоит их души в своих небесах!»

Я вскочил, с удивлением глядя кругом

На бойцов, что сидели рядком у огня —

Кто с дубиною, в шкурах, кто в латах, с мечом…

И стрелою догадка сразила меня:

«Погоди! Я ведь тоже услышал рожок!

Что ж выходит, я помер? Ответь мне, сержант!»

Он вздохнул и сказал: «Ты во сне отошел.

Так бывает, дружище, – обширный инфаркт.

Не скажу, что скорблю о кончине твоей,

Врать не буду – ты нужен в походе моем.

Да и ты не горюй – вечность жизни длинней!

Ладно, грейся, кури, на рассвете пойдем…»

Я смотрел на бескрайний ночной горизонт…

Вдруг на нем показались зари языки.

Шестикрылый горнист проиграл общий сбор

И оскалил сержант вурдалачьи клыки.

И в колонну по четверо встали бойцы,

Я поднял пулемет и пристроился в хвост…

Я на север иду, обрубаю концы

И взрываю последний оставшийся мост.

Сколько лет я потратил, и сил, и труда

И теперь только смог вещь простую узреть:

Все мытарства твои – это тлен и вода…

ЧТОБ СЕБЯ ОБРЕСТИ, НУЖНО ЛИШЬ УМЕРЕТЬ!!!

    2006 – 2011 г.

Фасад

Погожим летним днем мужик сказал себе,

Что, мол, давно пора сменить фасад избе.

Он был в работе скор, трудяга и не сноб,

Но обломал топор о сталь забитых скоб.

Мужик с досады взвыл, швыряя матюки,

И над избою взмыл, природе вопреки…

И увидал окрест, как много лет подряд

Мы волочем свой крест, как тащим души в ад.

Священник на обед лакает самогон,

Забыв про свой обет, забив на свой закон.

Бухло рекой течет, горит в печи огонь,

Поет веселый черт под старую гармонь

Смешную песнь о том, как много лет назад

Иуда бил челом, ему внимал Пилат,

Как бросил кошелек, как вверх поднялся перст

И нищий дурачок отправился на крест.

Поп снова накатил и под алтарь упал,

Уснул, слюну пустил, а черт того и ждал.

Взвалил на горб попа рогатый балагур

И Князю Тьмы понес он нового слугу.