Любовь на колесах

Не смотря на её почти отсутствующий возраст, жару давала всем, спуску – никому.

У неё врождённый астигматизм и косоглазие. Поэтому ходила в очках и с заклеенным глазом. Этакий буржуйчик-циклоп. В руках, независимо от времени года, фанерная лопатка, которой бандитка скребла снег, траву, асфальт и рожицы особо наглых пацанов.

Как-то меня остановила симпатичная, но нервозная дама и сходу плюнула: «Воспитывать детей надо!» Я искренне удивилась: «Да, ну?» Она многозначительно пыхнула глазами и голосом занудной учителки проквакала: «Вы знаете, что Ваша девочка моему мальчику всё лицо разодрала лопатой? А он старше на четыре года».

«Нет, – грю – не в курсе. Моя дочь не ябеда». «А вот мой мальчик воспитанный. Я его учу, что девочек обижать нельзя…» Я перебила: « А мальчиков?» Дама замялась: «Ну… как…,ну, мальчики…» Но «Остапа понесло»: «А тётенек с дяденьками, а бабушек с дедушками, а кошек, собак, крокодилов, бегемотов, крыс, змей…» Я строчила пулемётом. Тётка плыла по моим мыслям и захлёбывалась.

Из кустов вылезла Олька с лопатой. Встала рядом и после каждого моего слова добавляла «гы-гы». Я перечисляла все одушевлённые и неодушевлённые предметы. Тётка была в ступоре. Ольке надоело меня слушать и она пробасила: «Никого низя обизать». Всё! Гениально! Тётка клацнула зубами. Я спросила у дочуры: « Ты мальчика лопатой по лицу била?» Олька радостно кивнула. «А зачем?» – поинтересовалась я. Тётка крутила головой то на меня, то на дочку.

Олька бесхитростно ответила: «Он меня циклопом обзывал». Я взяла её за руку и прошипела даме: «Ещё раз обзовёт – я тебе морду изувечу, сука». Тетка села на лавку.

Олёшка не любила очки. Да ещё и глаз заклеивали. Ребёнку такое терпеть мучительно. Часто обзывали, да и смотреть неудобно. Попробуйте. Я пробовала – жуть! Она терпела, но не всегда.

Как-то пришла домой без очков. Стоит, сопит. Ждёт дюлей словесных. Физической расправы ни я, ни Сашка не допускали.

Помню, позже, когда Ольке было лет пять-шесть, она сильно нашкодила и я уже схватила полотенце и собиралась отлупить хулиганку, но Сашка отобрал тряпку, взял солдатский ремень и потащил дочу в другую комнату.

Плотно закрыл двери. Я замерла. Солдатский ремень – это круто, о-очень круто. Минуту стояла полная тишина. Потом раздались мощные удары и душераздирающий вопль ребёнка. Я рванула спасать чадо.

Распахнула двери и начала истерично хихихать.