Гимн комару. Премия им. А. А. Блока

XXV

Запахло серой; сонмы теней

Легли на стены, и, урча,

Метнулась в бешеном кипеньи

Золототканая парча —

Фантомы дрогнули, поплыли,

В струи огня фигуры взмыли,

Одновременно и праматерь,

И тварь, и стерва, и сестра,

Черты единые утратив,

Исчезли в пламени костра.

ЭПИЛОГ

I

Настал миллениум! Эвоэ!

Осанна в вышних! Каждый раз

Господь со мною и с тобою!

Читатель, друг! уже сейчас

Шампанским хлопают повсюду,

Чтобы наутро увидать

Всю ту же грязную посуду,

Всю ту же Божью благодать.

И все две тыщи долгих лет

Любовь жива, а смерти нет.

II

Последний год был странным годом,

Куда ни плюнь – везде война.

С едой проблемы у народа,

Земля больна, земля пьяна.

С ума сошла сама природа,

И холодна была весна.

Землетрясения и взрывы,

Повымерзали города;

Тонула лодка; но всегда

Народу делали красиво.

III

В горах джигиты удалые

Язвили воинский дозор;

А душу матушки России

Искал в постели прокурор.

Между инфарктом, СПИДом, гриппом

Вор с обворованными им

О гимне спорили до хрипа,

Кичась участием своим.

И над безумием людским

Тянулся с башни сизый дым.

IV

Американские бирюльки:

то Гор – то Буш; то Буш – то Гор.

…А за работой три бабульки

Ведут неспешный разговор.

И поминают отчего-то

Моё и ваши имена,

Лахесис, Атропос и Клото,

Не зная отдыха и сна.

Но всё ж – две тыщи долгих лет

Любовь жива, а смерти нет.

V

Здесь в ожидании исхода,

Живут, друг другу не нужны,

Страна, не знавшая народа,

Народ, не чующий страны.

В ночь новогоднюю вступая,

Москва являет тот же вид,

Шампанское, любовь без края,

Без края пьянство; всё шумит,

Кругом салюты; елок свет,

И в красном жутковатый дед.

VI

Мы любим подводить итоги,

Они подводят нас порой;

То недоверчивый, то строгий,

Господь все тешится игрой

С живыми куклами своими, —

То так их повернет, то сяк,

Уходит вдаль моя Мария,

Как символ силы, как маяк.

И я печалюсь ей вослед,

Жилец страны, которой нет.

VII

В сто первый раз сменились вехи,

Меняет галсы лодка-мир,

Мои утехи и огрехи

Вобрал изменчивый эфир.

Сижу, растерянный и глупый,

Не глядя, клавиши давлю,

Зачем мне отмеряют скупо

Всех тех, кого я так люблю?

Зачем летит быстрее время,

Не с каждым годом – с каждым днем;

VIII

И мы прощаемся со всеми;

И остаемся при своём.