Рафаэль. Книга первая. Междуречье

Сняв сапоги (кстати, почему я их так называю? Это больше похоже на берцы, сшитые из кожи, очень мягкие, на шнуровке, точно подогнанные по размеру), я стал снимать с себя рубаху, или даже не знаю, как её назвать, шнуровка была сзади, длинные рукава, высокая стойка-воротник.

– Глеб, помоги развязать, – обратился я к парню, а тот как не слышит, стоит, пялится на служанок. Я перевел взгляд на девушек, которые, в свою очередь, не моргая смотрели на меня. Да, теперь я понял заворожённый взгляд парня, посмотреть и вправду было на что.

Две симпатичные девушки в коротеньких юбочках с огромным декольте на блузках и немаленькими размерами груди. «М-да», – подумал я и дёрнул парня за плечо.

– А, что? Простите, господин, – повернувшись ко мне, затараторил паренек.

– Помоги развязать, – повторил я и повернулся к нему спиной. Глеб, ловко орудуя руками, быстро развязал завязки, я наклонился, а он так же ловко стянул этот кафтан с меня. Посмотрев несколько секунд на него, я вдруг понял: я валялся в навозной куче, отсюда и резкий запах, от которого меня так мутило.

«Фу», – передернуло меня. Отбросив немного в сторону весь измазанный кафтан – так окрестил его я, – стал развязывать завязку на штанах, они, кстати, тоже были сшиты из очень мягкой и тонкой кожи.

– Ну-ка брысь отсюда, – грозным тоном цыкнула женщина на служанок. Те, быстро семеня стройными ножками, поспешили убраться.

Я стянул с себя штаны, на удивление они не были грязными, как кафтан, успел заметить я.

– Пойдем, Рафаэль.

Женщина направилась к двери в дальнем углу. Я встал и осмотрел свое тело, стройное, в меру накачанные мускулы, кожа светлая, на груди висит какой-то камень рубинового цвета на серебристой цепочке. Я последовал за Элеонорой, как назвали её служанки.

– Подожди меня здесь, – обратился я к Глебу и вошёл в дверь.

Помещение, в котором я оказался, было не очень большое, посередине стояла ванна, наполненная пенной водой, стены были облицованы небольшими плитками – то ли мрамор, то ли что-то в этом роде, приятный аромат трав здесь был более насыщенным, чем там, в раздевалке.

На одной стене было окно круглой формы с цветными стеклышками, напротив у стены стояла скамейка. Я присел на нее и стал снимать с себя кальсоны, которые были мне до колена и в обтяжку. Элеонора тактично повернулась к небольшой тумбочке взять необходимые для мытья аксессуары, я в это время забрался в ванну.