Вдохните жизни. Людям о людях

Смуглая кожа южанина; будто положенная тушью штриховка морщин на лице и взгляд всегда сквозь – особенность, наложенная долгими годами труда (с малых лет и до самой болезни старик ходил в чабанах).

Плохо ли, хорошо в глубине его мутных глаз смог я разглядеть то, что сумел, но вот оно:

Когда я нашёл родителей, то стал мальчиком.

И был так, пока не нашёл свой первый танец.

Тогда я стал парнем.

Когда я нашёл свой дом, я стал мужчиной.

Когда я нашёл семью, я стал взрослым.

А это не то, что быть мужчиной.

Быть взрослым, значит смотреть глубже.

Когда я нашёл любовь, я снова стал мальчиком.

И был так, пока не нашёл ей цену.

Когда я нашёл и это – стал человеком.

Когда я нашёл свою старшую дочь, я стал мужем.

А это не то, что быть взрослым.

Быть мужем – значит вырасти ещё немного.

Когда я нашёл сына, я стал отцом.

Когда я нашёл свою младшую дочь, я стал дедом.

А это не то же, что быть мужем или отцом.

Быть дедом – значит, вдобавок ко всему, иметь ясную голову и крепкий стержень внутри.

Когда я нашёл страх, я стал кремень.

Тогда я не постарел и не помолодел.

Время замерло и никуда не двигалось.

Когда я нашёл своих детей мёртвыми, всех до одного, я постарел на десять лет за каждого и стал, как песок.

Говорят, неправильно, когда дети умирают раньше родителей, но ты не поддавайся на этот обман, иначе станешь похожим на песок. Не прельщайся этой сладкой пилюлей, потому что всё в руках Бога.

И Бог всегда прав.

Много раз находил я Его, и от этого тоже старел.

И всякий раз я находил Его иным: то добрым старцем, то грозным палачом, то тихой деточкой, то лютым разбойником.

Когда я нашёл Его в последний раз, стал трухой.

А это не то, что песок.

Быть трухой значит удерживаться только чудом и бояться всякого дуновения ветра.

Потом я нашёл людей и стал камень.

Так бывает, когда труху заправляют смолой.

Тогда же я нашёл, что всякий человек, как солнце: с яркими вспышками и тёмными пятнами, и все они, эти пятна и вспышки, постоянно в движении.

Ещё он, этот человек, или греет, или обжигает.

Или остаётся невидимым.

Потом я нашёл своё место и зарос мхом.

Последнее, что я нашёл, была радость к жизни, которой теперь не осталось. Вот и сто годов моих набралось, считай, и что найду дальше – то неизвестно.

Стало накрапывать.