Калейдоскоп детства. Премия им. Ф. М. Достоевского

Бабочка на раскрытой странице с наполовину заштрихованным крылышком так и не взлетела на цветок, только обведенный контуром. Нюра сидит на стуле – ее по-летнему яркая юбка валяется рядом, моя любимая книжка «Старик-Годовик» даже не добралась до серванта – лежит тут же.

Сижу на подоконнике и вижу улицу, залитую потоками воды, прохожих, закрытых прозрачными дождевиками и черными зонтами. Уныло. Все происходящее за стеклом похоже на телевизор, по нему я смотрю скучное кино в серо-черном цвете под шелест дождя. Просто у чудо-аппарата сломался звук, и он издает надоедливое шипение.

– Когда же придет мама?!

Высматриваю ее среди однообразных бесформенных фигур, вспоминаю, что у нее сегодня педсовет, папа тоже задержится на работе, значит, я у бабушки надолго… Нет, в этом доме, где всегда пахнет блинами или моими любимыми пельменями, я люблю оставаться, но сегодня… хочется капризничать, плакать, на глаза наворачиваются слезы…

Вдруг – звонок. Это Шура, моя тетя, мамина сестра. Она младше мамы, но очень на нее похожа.

Такая же белокурая, тоненькая, только, в отличие от своей старшей сестры, очень смешливая. Она приносит в квартиру влажный запах улицы, брызги дождя на плаще, которые, как живые, скатываются вниз, стоит ей пошевелиться.

– Пойдем за золотыми шарами! – говорит она мне, и дождевые капли от радости соскакивают на без того уже мокрый пол.

– На улице сы-ы-ро, – протяжно всхлипываю я и чувствую, как глаза наполняются так и не пролившимися в этот день слезами.

– Ну и что?! Знаешь, как здорово – шлепать по лужам? – она пытается заразить меня своим восторгом.

– Сы-ы-ы-ро… – упорствую я, уже готовая сдаться.

– Надевай сапоги! Быстрей!

Под причитания бабушки мы вылетаем на улицу.

А тут… Из окна дождь казался скучным и надоедливым, прохожие – суровыми и хмурыми, мир – черно-серым, а здесь кажется, что улица взрывается от упругих струй, которые закипают в лужах, обрызгивают ноги прохожих, бурлят потоками под колесами автобусов и машин. Под прозрачными дождевиками – скрытые, словно в утренней дымке, веселые платья и косынки.

Слышны разговоры, смех! Как жаль, что я целый день сидела перед окном-телевизором и не утащила бабушку гулять! О желании заплакать я больше не вспоминаю, теперь хочется бороздить глубокие лужи, как корабль бороздит просторы морей. Подбегаю к одной, которая кажется мне самой глубокой, примериваюсь…

– Бегом, за шарами! – торопит Шура.

Тут только вспоминаю цель нашего дождливого путешествия.