Так и живём

Боль – и молодость,

гнев – и молодость,

кровь – и молодость,

смерть – и жизнь…

Песня выстрадана, допета.

Дед, ладонью пристукнув смех,

– За Победу! – гремит. –

За Победу!.. –

и, помедлив, скорбит:

– За тех,

кто не дожил…

И горло скрутило –

то ли водка жжёт,

то ли стон…

А хозяйственная баба Тина

знай подкладывает на стол.

Баба Тина сегодня ласкова

и послушна, как никогда.

На груди у деда приплясывают

завоёванные города.

И на тихих или зубастых,

на работников и солдат,

жёны с гордостью и с опаской

на своих мужиков глядят.

Бездна

Ни залпов, ни слов, ни мелодий

уже не слыхать в тех краях,

где души подводников бродят

на мёртвых своих кораблях.

Уже ни чинуши, ни грозы

не властны над бездною той,

где горькие женские слёзы

с забортной смешались водой.

Ни песен там, ни разговоров.

Реакторы глухо молчат.

и вахтенные у приборов,

как тени немые, стоят.

Их жизнь не разбудит с рассветом,

им ветров земных не вдохнуть.

Их курс только Господу ведом,

и вечен их гибельный путь.

Память

Шагая в смертоносной круговерти,

теряя и друзей, и города,

они почти не думали о смерти

и битв не вспоминали никогда.

А кто-то шёл и кто-то падал рядом,

санпоезда везли кого-то в тыл.

И каждый день, как срубленный снарядом,

кровоточа, в былое уходил.

Но даже ночью, где бы можно кануть

в кошмары неизбывные свои,

их сон, как мать, оберегала память

о доме, о покое, о любви.

И лишь теперь, уже сподобясь чуда

быть прикомандированным к живым,

они войну несут в себе повсюду

и правнукам передают своим.

И чтобы больше на страницах века

не повторился сорок первый год,

пускай навеки в гены человека

те боль и память свой вчеканят код.

Земеля

Опять небеса потемнели

над серыми гребнями гор…

Давай-ка закурим, земеля,

пока остывает мотор.

Пока от недавнего боя

еще не развеялся дым,

давай-ка, земеля, с тобою

о доме родном помолчим.

А дома в тиши безмятежной

мальчишки милуют подруг,

касаясь фаты белоснежной

ладонями чистеньких рук.

А нас незабвенные колют

погибших друзей имена.

Такая нам выпала доля –

мужская нам доля дана.

Не ангелы мы и не черти,

и пули нас ищут в бою.

И всё же мы ходим у смерти

на самом переднем краю.