Девять

Город кажется огнеупорным,

но принюхаться – пахнет горелым.

А хотелось бы, чтобы попкорном,

или персиком переспелым.

«солнечный свет сквозь листву винограда…»

солнечный свет сквозь листву винограда.

гудение утренних пчел.

жизнь прокатилась – ни склада, ни лада,

словно бы в книжке прочел.

из-под затертого переплета,

с высохших хрупких страниц.

птицы щебечут во время полета.

что нам до пения птиц?

что нам до пчелки, трудяги извечной?

на ножках желтеет пыльца.

что до вселенной, не столь бесконечной,

чтоб не дожить до конца?

вот и уходит ночная прохлада,

молча откуда пришла…

солнце, сияй сквозь листву винограда!

гуди, золотая пчела!

«Творенья старого поэта…»

Творенья старого поэта,

проснувшегося до рассвета,

когда в саду густой туман

росою падает на землю…

О чем ты шепчешь? Я не внемлю.

Старик – ты гений, я – профан.

Что мне рифмованные строки,

кто мне нелепые пророки

с нечесаною сединой,

как сжиться мне с твоим страданьем,

с твоим последним назиданьем,

переселяясь в мир иной?

Старик, прости, я сам не молод,

весь переломан, перемолот,

смешной изгой в своем дому,

пристыжен веком и обижен,

я сам не чесан и не стрижен,

живу, гнию не по уму.

Живу, гнию, сомненья прячу,

как в магазине недостачу

прикрыть пытается ловкач,

но суд идет – смешны попытки,

на выход, собирай пожитки,

и кто тебе, больному, врач?

Я сам – безродный, сам – калека,

из девятнадцатого века

листаю стихотворный том,

и милый ямб четырехстопный,

четвероногий, расторопный

звучит в мозгу моем пустом.

Есть в осени первоначальной

простор твоей строке прощальной,

и я, послушный книгочей,

лишь отзвук или отсвет, эхо,

твой раб, несчастный неумеха.

Прощай же, свет моих очей!

«И во дворе и на календаре – зима…»

И во дворе и на календаре – зима.

Холод цветет, чуть рассветет – сгущается тьма.

Коротки дни, ночи длинны, как чувство вины.

Люди больны, над собой не вольны в дебрях страны.

И, как всегда, как в иные года – чувство стыда.

В лужах декабрьских чернеет вода под корочкой льда.

Гитара, звени, мы с тобою одни, полночный романс.

Вспомнишь едва эти слова – снова впадаешь в транс.