НИКТО, НЕКТО и ВСЁ. Забавный черновик – 3

 – Верно: и «парадигма» освободится от кавычек, и всё встанет на свои места.

– А пока… ложь сидит на лжи и ложью погоняет… – монотонно произнесла Мари. – Люди врут друг другу…. Люди используют друг друга… Люди хотят каких-то гнилых выгод только для себя… Мiр болен… Это очевидно.

– И откуда у тебя такие мысли, Мари? – спросила удивлённо Йоко.

– А разве нужно много ума, чтобы понять это?..

(Интервью с Битлз. Репортёр: КОГДА ВЫ СОБИРАЕТЕСЬ ПОСТРИЧЬСЯ? Ринго: Никогда! Джордж: А я уже вчера постригся.

Репортёр: НЕ МОЖЕТ БЫТЬ! Ринго: Может. ВЫ БЫ ВИДЕЛИ ЕГО ПОЗАВЧЕРА!..)

– Стоп! – оборвала всех Йоко. – Лучшие, худшие, внешний вид, кавычки – это всё слова. Кроме Эмерсона и Мусоргского, что ещё есть вокруг меня? Что?.. Скажите мне, конкретно: что?

– Люди, в том числе те, кто находится сейчас в этой комнате, – сказал НИКТО. – Все встроены в мiр, а, значит, в матрицу этого мiра.

– И в ней – о, ужас! – тоже что-то есть страшное про внешний вид?

НИКТО, не вставая с ковра, сканировал Йоко с головы до ног: очки-капельки с фиолетовыми стёклами; серьги и бусы из необработанного янтаря; жёлтая бязевая блузка без намёка на бюстгальтер под ней; потёртые, с размохрёнными дырами джинсы; хипповский педикюр – ногти, покрытые лаком разных цветов; не хватает тонкой сигаретки с марихуанкой, зажатой между указательным и средним пальцем.

И неторопливо произнёс:

– В этой матрице все, живущие под солнцем, делятся на прилично одетых и на одетых неприлично, на избранных и на рабов.

– Достаточно! – прервала резко Йоко, с гримасой крайнего раздражения на лице. – Я насытилась по горло всей этой галиматьей про матрицы.

Если бы ВСЁ тут же не отличился, разрушив вмиг угрюмость обстановки, накрывшую апартаменты НИКТО, то все бы удивились. И он отличился, громко забарабанив по клавишам: «Семь сорок наступило. Мой милый не приехал…»[5 - В царской России представителям еврейского народа было запрещено жить в крупных городах, можно лишь пребывать там в дневное время.

Евреям приходилось приезжать в Одессу на поезде, который прибывал в 7 часов 40 минут утра и отправлялся из него тоже в 7.40 (только уже вечера). В зимний период евреи, ожидая поезда, чтобы немного согреться, пританцовывали – так возник Зажигательный танец, и Знаменитая песня.]. НЕКТО тут же соскочил с подоконника, пригласил на танец Мари, и под ручку с ней стал залихватски отчебучивать танцевальные па.