Не прощаюсь с тобой

Так бывает, когда идёшь в густом тумане и вдруг замаячит впереди знакомый силуэт, и всё силишься узнать его, до боли напрягая зрение и память…

И я узнала его! Это был… Дон Кихот. Да, да, он самый! Нелепый и нежный, мятущийся, вдохновенный и вновь… осмеянный!

Каждая реприза Енгибарова – это борьба всё с теми же ветряными мельницами, протест против обыденности и скуки, против всего, что превращает человека в жалкую марионетку – без души, без веры, без мечты…

Кульминацией спектакля был номер «Тарелки».

В зале погас свет. Темно. Клоун идёт по узкому барьеру, сосредоточенно глядя под ноги – не оступиться бы в этой кромешной тьме! Под мышкой у него мятая жестяная тарелка. Он идёт по узкому барьеру, освещённый единственным лучом света. Этот луч как будто ведёт его… А там, впереди, зияет пропасть (часть барьера убирали в одном месте). Но человек, идущий по барьеру, доверился лучу…

И вдруг он доходит до разрыва – и отшатывается! Дальше дороги нет.

И тут – полный свет! Гремит музыка.

Выходит партнёр (Завен) в чёрном безукоризненном фраке, в белоснежных перчатках, смотрит франтом – победитель жизни! Начинает грациозно жонглировать белыми фарфоровыми тарелками… Он преподает Лёне урок ловкости и предлагает ему проделать то же самое, попытать счастье. Лёня отбрасывает свою мятую тарелку подальше, убегает на секунду за форганг – и возвращается тоже во фраке и в чёрных покорёженных перчатках – где он только откопал их? Фрак длинён и мешковат, явно с чужого плеча, Лёня совершенно утонул в нём…

Итак, он готов испытать свою ловкость! Но… разбивается одна тарелка, другая, третья… И, наконец, разбивается последняя.

Потерянное, потрясённое лицо человека, с трудом осознающего, что разбиты все надежды, потеряны все шансы на удачу…

Он медленно снимает фрак, перчатки, осторожно кладёт их на ковёр – это всё принадлежит той жизни, в которой всё казалось возможным, достижимым. Но он уже вычеркнут из неё.

Он возвращается к своей мятой тарелочке – вот она, его реальность.

Гаснет свет. И он уходит с манежа в полной тьме…

Но побеждённым ли он уходит? Разве побеждённым? У этого человека есть мужество говорить правду – правду до конца. Он беспощадно откровенен – и вызывает каждого из нас на ту же беспощадную откровенность, хотя бы наедине с собой.

Да, формально он как будто проиграл – обстоятельства оказались сильнее его. Он ушёл с манежа ни с чем.