Небоевые потери

Он взял её крошечную руку и уставился на неё, словно решался совершить роковой прыжок.

– Ты пойдёшь со мной? – робко прошептал Вовка, сам до конца не веря в то, что он это говорит. Айна не поняла, попросила повторить. Тогда Вовка выпрямился и решительно прожестикулировал. Айна отвела взгляд и задумалась. Было видно, что она не была готова к этому вопросу. Теперь они поменялись местами. Вовка с нетерпением смотрел на девушку, а Айна кусала губы и опустила голову, скрыв лицо волосами.

– Айна! – он схватил её за плечи, почувствовав прилив решительности, которой ему вечно не хватало, которой завидовал у других и, за отсутствие которой, ненавидел себя, – Давай вместе убежим?!

Вдруг, казалось ранее, дикая идея так легко овладела им и была настолько естественной и очевидной, что он через секунду уже не мог даже представить другого ответа, кроме как согласиться.

Девушка нерешительно покачала головой.

– Что ты тут забыла?! Тебя тут никто не понимает! Есть другая жизнь! Не с курами и козами! Идёшь?!

Айна соскочила с капота, посмотрела на Вовку, будто определяла, насколько ему можно доверять и насколько он готов сам.

«Мы же не можем уехать просто так? У нас нет денег, еды. Нас могут поймать, – с темпераментом показала Айна, – Давай всё подготовим»

Вовка обхватил голову руками, зажмурился и сидел так, прислушиваясь, как его мысли повторяют всё, что только что показала Айна. Она согласна. Это главное, что он должен знать. В голове роились планы, что нужно взять в первую очередь, как раздобыть деньги.

Он понимал, что всё это придётся красть, как и саму Айну. Но все эти трудности и моральные терзания – ничто в сравнении с тем, что она согласна. Он соскочил с капота, показал Айне, чтобы она садилась, а сам взял ручку и завёл мотор. «Москвич» послушно завёлся и тронулся. Но, проехав сотни четыре метров по крутому каменистому подъему, усыпанного щебёнкой и почти дотянув до дороги мотор «чихнул», потом ещё и заглох. Вовка попытался завестись снова, но «Москвич» молчал, будто подслушал разговор и решил поломать их планы.

Вовка открыл капот и с ненавистью уставился на двигатель, как на виновника его рухнувшей мечты, хотя и сам вскоре понял, что виновником был он сам, беспечно не просчитав прожорливость «Москвича» и самонадеянно, слишком далеко уехав от села. Айна участливо заглянула под капот.

– Бензин закончился, – Тонков в сердцах скомкал и бросил в двигатель тряпку.

Вдруг послышался гул машины. Ехали снизу.