Дежавю

Митрополиту поверили; горожане уважали его за знание наизусть всего Требника. А такие знания доступны только людям высоконравственным и образованным.

Егорий окропил прихожан и приступил к молитвам. Пел церковный хор. Горели свечи, мрачно смотрели с икон лики святых. Пахло ладаном. Было торжественно, благостно и томно. Сначала по совету Егория помолились за здравия Семен Семеновича Скрепина – все же он послан народу свыше, можно сказать Божий крестник – а затем о ниспослании дождя.

Спустя три часа сделали двадцатиминутный перерыв.

Вышли во двор храма подышать свежим ночным воздухом. Задрали головы кверху. В небе поблескивали звезды. В вышине метались летучие мыши. Дождь ничто не предвещало. Далеко у горизонта виднелись отблески пламени. Ветер доносил до города запах гари.

– Лучше бы мы молились в кирхе, – прошептал на ухо соседу библиотекарь Голль. – Там хоть скамейки есть.

– Ты свою вражью пропаганду брось, – так же тихо шепнул сосед.

Моления продолжались до рассвета.

Дождь так и не пошел. Ветер разогнал дым, взошло солнце и тут же выжгло дыру в небе. День обещал быть еще жарче вчерашнего. На солнце какая Всенощная? И Егорий по доброте душевной отпустил всех домой, к семье и пиву. Вечером велел собраться снова:

– Проведем Крестный ход, – сказал он и позвал новоявленного юродивого к себе домой, чтобы вызнать, каких еще неприятностей ждать от провидения. Вдруг что-то знает. Святой человек, вон какие цепи на себе таскает, плоть умерщвляя.

Куча, расстроенный потерей лошади, находился в мрачности.

– Вишневочка есть, – прошептал Егорий. – И закусочка…

– А сыр? – поинтересовалась ворона.

– И сыр есть.

Наличие вишневки подняло леснику настроение. Пошел. Ворона полетела вперед – на запах сыра.

По дороге развеселившийся юродивый напевал:

Извела меня кручина

Подколодная змея.

Догорай моя лучина,

Догорю с тобой и я…

«Не иначе как иносказание», – подумал митрополит и попытался расшифровать глубинный смысл песни юродивого.

Расшифровать не удалось. А утром выяснилось, что это было настоящим пророчеством, и оно подтвердилось: леса сгорели полностью. На месте пожарищ чернела горелая земля, из которой торчали пики обгоревших стволов.

И как, скажите, после этого не верить юродивым и провидцам?

Митрополит стал относиться к юродивому с глубоким почтением, предоставил ему комнату в личных покоях.