Пробуждение

Ваша задача слушаться ее и выполнять.

– Доктор, я к своим хочу, домой! Когда мои придут? – Карпунцов попытался вытянуть руки над головой, но они мгновенно задрожали.

– Это вы хотите, чтобы ваши родные своими глазами наблюдали, как вы около кровати ползаете и ногу высвободить не можете? Хороша картинка, нечего сказать!

Бледные щеки Карпунцова порозовели. Померанцев с удовлетворением отметил факт прилива крови и продолжил, стараясь сохранять свой голос сердитым:

– Вот что, договариваемся следующим образом.

Вы делаете только то, что мы вам разрешим. Постепенно будете тренироваться и вставать, и ходить по палате. А потом можно уже родственникам на глаза показываться. Договорились?

Пациент неопределенно замотал головой и прохрипел что-то нечленораздельное. «Связки голосовые, похоже, с непривычки не выдерживают. А с внутренними органами теперь что будет? Надо консилиум проводить. Откуда врачей приглашать? Из облбольницы? Хорошо бы из столицы. А на основании чего? Это же бюджетные средства.

Чуть не так потратил, сразу из прокуратуры явятся. – Иван Петрович ощутил, как на него катится целый груз проблем, которые непонятно каким образом решать. – Надо сразу с утра в понедельник идти в облздрав, пусть с министерством связываются. Это же уникальный случай, на всю страну, тут федеральная помощь нужна».

На пороге появились запыхавшиеся санитары. Увидев главврача, который к тому же в настоящее время был и. о. директора, они начали топтаться на месте и рассматривать носки своих ботинок.

– Не прошло и получаса, как наши ударники появились, – не предвещающим ничего хорошего тоном начал раздраженный Померанцев. – Почему без радиотелефонов по территории центра разгуливаете? Ведь приказ еще Никитин издавал, а я его не отменял.

– Иван Петрович, мы… это… так получилось, – словно школьники младших классов, поставленные в угол, заговорили разом оба санитара, – простите, мы сейчас сходим за телефонами.

– Один! – не терпящим возражений тоном перебил главврач словоизлияния подчиненных.

 – Один идет за телефонами, второй остается здесь и начинает беспрекословно выполнять все указания Анны Мефодьевны. О дальнейшем она сама расскажет. Ясно?

– Ясно, – довольно закивали оба санитара головами и, только сейчас заметив открытые глава и двигающиеся по одеялу руки Карпунцова, аж присели от неожиданности. – Ой, а что это?!

Иван Петрович скользнул взглядом по их удивленным лицам, махнул рукой и отправился к себе в кабинет.