Поколение А. Выпуск 1

Я посмотрел на пассажира и представил, как он будет стоять на пустой обочине и голосовать редким машинам, и почему-то согласился.

– Куда ехать-то?

– Да туда, вон в тот перелесок, робятки ждут весь день-деньской, небось, озябли. А после на Устюг, не доезжая, есть деревня Морозовица, а там, на Пуховской пустоши, нас поджидают верные слуги Деда Мороза.

Мы проехали вперед метров триста и повернули направо. Дорога юркнула в лес и благополучно уткнулась в сугроб.

– Во, стой тут. И открой мне окно или дверь, а то я сам не управлюсь.

Я нажал на клавишу, и с шипением стекло опустилось. Попутчик выглянул и свистнул, да так, что холодок пробежал по спине. «Ну, все попал, развели меня как последнего лоха», – только и успел я подумать, как вокруг машины уже затрещали ветки и заскрипел снег.

Дед бесцеремонно толкнул меня в бок:

– Что расселся! Иди, пособи, а то тутошние жильцы отродясь такую телегу не зрели.

Я подчинился, на ходу застегивая молнию на куртке и проклиная себя за доброту. Вокруг меня, в полной темноте, лишь спереди подсвеченной фарами, суетилось с десяток шустрых мальцов, одетых в кургузые тулупы и в шапки-ушанки.

Мне было как-то тревожно, но я покорно открыл багажник и сложил задние сиденья. Кто-то за моей спиной неожиданно забасил:

– Берись дружно, ну-кась, на раз-два-три!

– И-и раз, два, три!

В салоне пришлось подхватить полозья, а мелкота, появляющаяся из потемок, запихивала сани с улицы. В лицо мне пахнуло холодком и свежеструганым деревом. В машину возок вошел тютелька в тютельку.

Я хотел было уже закрыть дверцу, когда какой-то коротышка заскочил на бампер и, уцепившись за дверь, виртуозно запрыгнул на крышу машины.

– Ну ты и акробат! – с восхищением вырвалось у меня.

Тут из-под раскидистой ели мелюзга вытянула две длинные струганые палки толщиной в руку и подала вверх где лесной циркач ловко привязал их к багажнику.

– Затворяй и трогай! – скомандовал мой странный попутчик.

Я захлопнул дверь и махнул рукой на прощанье малышне, но они равнодушно отвернулись и юркнули под ель, словно я для них пустое место.

Если бы не осыпавшийся с веток снег да натоптанные следы за земле, происходившее в эти минуты можно было принять за видение.

Очутившись вновь на водительском сиденье, я немного пришел в себя и, с трудом развернувшись, вернулся на трассу. Меня радовало, что я цел и невредим, машину не забрали и мы по-прежнему мчимся в сторону Великого Устюга. Путник умолк. В салоне пахло деревом и таявшим снегом.