Об одном и том же

Наносится между руками противника, когда он “забывает“ сомкнуть локти в клинче. Удар идет снизу вверх, причем внутренняя часть кулака обращена к бьющему. Классический апперкот проводится передней рукой вместе с закручиванием плеча, вес атакующего переносится на переднюю ногу. Идеальный вариант: рука согнута в локте – примерно под 90 градусов. Удар может направляться как в подбородок противнику, так и в солнечное сплетение – чтобы сбить дыхание. Плюсы и минусы: удар крайне силен, противнику его трудно заметить. Однако апперкот полезен только в ближнем бою.

Еще один минус: апперкот опасен для бьющего тем, что заставляет на долю секунды остаться без защиты.] от вмиг пришедшего в ярость профессора.

Ножки моментально подкосились и молодой оперок обмяк на руках Захарова, который успел заботливо поймать «кузнечика» и поместить обмякшее тело на скамейку рядом с Семяримовым.

– Витя, ты? – не то обрадовался, не то удивился Владимир Игоревич.

– Виктор Иванович, – поправил мужчину Захаров, но присмотревшись к нему вдруг резко двинулся в его сторону и мужчины одновременно крепко обнялись.

Несколько минут они цокали языками и отваливали друг другу комплименты и лёгкие шуточки. Затем Семяримов внезапно с серьёзным лицом спросил своего институтского друга о «судьбе» Писюка.

– А с этим что делать будем? – Поинтересовался Владимир Игоревич.

– Да… Вопрос конечно интересный… Тут его оставлять нельзя. Надо бы его куда-нибудь пристроить?!

– На улице, возле автостоянки, стоят большие мусорные баки.

Давай мусорка туда снесем?! – предложил с лукавой улыбкой Семяримов.

– Мусора к мусору? – задумчиво промямлил Захаров. – Нет, повяжут… Лучше его в туалет отнести. Посадим эрудита на унитаз и пусть сидит, отдыхает. Очухается не раньше, чем через полчаса, слабенький…

– А где туалет знаешь?

– А то!? – не без гордости ответил профессор.

– Давай вдвоем его отнесем, – предложил свою помощь Владимир Игоревич.

– Не парься, Вовчик! Я его и один донесу. Лучше дежурного отвлеки, чтобы я спокойно этого Писюка мог отнести в отхожее место.

Семяримов подошел к окну дежурного. За столом сидела лейтенант полиции неопределенного возраста. На вскидку ей было от 30 до 50. Дама была в мятом форменном обмундировании с ярко и широко разукрашенными помадой губами. Она украдкой курила, пряча под столом сигаретку, то и дело зыркая по сторонам, чтобы, наверное, не спалиться, если вдруг кто-либо из руководства отдела не нарисуется с проверкой.